Едва увидев Гурова, Эдик завопил:
— Это что за шутки такие? Вы мне нос сломали!
Гуров молча подошел к нему, мягко отодвинул девушку в сторону и потрогал нос парня.
— Ничего страшного, — резюмировал он. — Это тебе с перепугу показалось. Цел твой нос. Скоро заживет.
— Да вы что вообще творите-то? — продолжал разоряться Эдик.
Анатолий Петрович ничего не говорил, но в его взгляде откровенно повис вопрос.
Гуров опустился на стул рядом с ним и спокойно сказал:
— Вы видели точечку, сверкающую на груди сына?
— Да. Я подумал, что это он чем-то заляпался…
— Так вот, это был след от лазерного прицела винтовки, — так же невозмутимо пояснил Гуров. — Таким обычно пользуются киллеры.
У обоих Носковых округлились глаза. Они испуганно переглянулись.
— К-как это? — заикаясь, спросил Эдик. — Какие киллеры?
— Обыкновенные. Один из таких вот убийц несколько минут назад прятался вон на той крыше. — Гуров показал туда, где недавно побывал.
Носковы смотрели то друг на друга, то на полковника, не в силах что-либо понять.
— Это что же? — первым обрел дар речи Анатолий Петрович. — В нас стрелял киллер?
— Не успел. Хорошо, что я тоже заметил эту точку на груди Эдика.
— Так он что?.. — голос Носкова сел. — Хотел убить моего сына?
— По всей видимости, да. Извините, но подробного объяснения этому инциденту у меня нет. Я знаю столько же, сколько и вы. Единственное, что могу сказать определенно, — вам нужно соблюдать осторожность. Вы можете воспользоваться услугами охранного агентства, чтобы вас доставили домой?
— А вы не отвезете нас? — растерянно спросил Анатолий Петрович.
— Увы, у меня другая работа. И вот еще что. Не отправляйте Эдика в дом матери и вообще не оставляйте его одного. Вам сейчас нужно находиться рядом с ним. На улице желательно не показываться, к окнам не подходить. Охрану оставить дома, организовать круглосуточное дежурство. Средства на это у вас есть?
— Да уж найдутся, — проговорил озадаченный Носков-старший, а его сын громко возмутился:
— Черт знает что происходит!
— Завтра нам обязательно нужно будет встретиться с вами и все обсудить, — сказал Гуров. — Кстати, когда состоятся похороны Анны?
— Через пять дней.
— Захоронение на каком кладбище?
— Не захоронение, — поправил его Носков. — Кремация.
— Это чье решение? — поднял брови Гуров.
— Анна так хотела и отдала соответствующее распоряжение. Она почему-то всегда испытывала чувство брезгливости, когда речь заходила о покойниках. Не раз говорила, как ей отвратительна мысль о том, что ее тело станет гнить в земле и его будут поедать черви.
— Что ж, у каждого свои предпочтения, — пробормотал Гуров. — На вашем месте я не стал бы присутствовать на похоронах, учитывая сегодняшние обстоятельства.
— Но это мать моего сына! — запротестовал Носков-старший.
— Решать вам. — Гуров поднялся. — Вызывайте охрану, а мне надо ехать.
Когда Гуров вернулся в управление и прошел в свой кабинет, часы показывали без четверти десять вечера. Собственно, работу здесь на сегодня можно быть считать законченной — все допросы завтра, действия тоже. Однако полковнику необходимо было подумать, чтобы правильно провести их. Полученная информация требовала анализа.
Хорошо бы получить какие-то дополнительные факты. Крячко почему-то не звонил, и это было странно. Гуров решил, что через несколько минут позвонит ему сам, и прикрыл глаза.
«Итак, что мы имеем на сегодняшний момент? — рассуждал сыщик. — Во-первых, странное поведение Виктории Павловны Рудаковой. Что за ним стоит? Что-то важное для расследования или чисто личное, не имеющее никакого отношения к смерти Анны Кристаллер? Я очень рассчитываю, что Крячко поможет хоть как-то пролить свет на эту линию. Важны расхождения в показаниях этой дамы и Лейбмана.
Во-вторых, Эдик Носков. Он дал показания против Федора Полонского, и тут же произошло покушение на жизнь парня. Это событие по степени важности полностью заслоняет собой весь наш предыдущий разговор.
Хотя покушение произошло сразу после моей беседы с Носковыми. То есть киллер знал, что отец и сын направляются в кафе? Тогда действительно получается, что он очень близок этой семье, не только Анне Кристаллер, но и остальным ее членам. Или им руководит такой человек. — Гуров перебрал в голове целый ряд фамилий: — Рудакова, Лейбман, Тедески. Кто еще?
Пожалуй, Лейбман и Рудакова ближе всех, — прикинул сыщик. — Пусть не к Носкову-старшему, но хотя бы к Эдику и его покойной матери. Не установить ли слежку за достопочтимым Львом Хаимовичем?
Но личность киллера?.. Если Лейбман — организатор преступления, то он должен иметь человека, который с блеском выполнил его задумку, на банкете сыграл роль Василия Завадского. Это означает, что проверку гостей-спортсменов на умение стрелять можно отменять.
