Ирине захотелось его поцеловать, но она сдержала порыв, а вместо этого тихонько постучала по тумбе стола. Она отказалась от Диминого кофе, пожелала ему удачи и припустила по лестнице чуть не вприпрыжку. В душе все пело: «Я смогла, я смогла, я смогла». Сама, на свой страх и риск она начала этот казавшийся невероятным проект, почти год, скрываясь от всех, боясь насмешек детей и знакомых, работала по утрам, когда дети в школе, а ночами, лежа без сна, проговаривала про себя целые страницы. Она вспомнила месяцы унизительного хождения по издательствам, как ее чуть ли не полгода мариновали в «Кириллице», а в других издательствах просто отводили глаза и пожимали плечами.
«Я – гений», – подумала Ирина, потом посмотрела на себя в зеркало на лестничной площадке и рассмеялась. Скоро у нее появится мания величия!
Ивушкин ждал ее в машине уже двадцать минут и хотел уезжать. Что это такое, думает, раз красивая женщина, то можно опаздывать?
У него тоже, между прочим, дела. Что-то заставило его обернуться. Она стояла на ступеньках в черном брючном костюме, который так выгодно подчеркивал отличную фигуру. Лицо у нее… Ивушкин даже зажмурился, потому что лицо у нее просто светилось от радости. Ирина помахала ему рукой и побежала, смеясь, как девочка. Сергей ни на секунду не подумал, что это он является причиной ее радости. Она ходила к какому-то Диме, с неудовольствием вспомнил он, что такого он ей сказал или сделал? Вглядевшись, он понял, что дело тут не амурное, – не было в ее взгляде того виновато-удовлетворенного выражения, которое бывает у женщины, когда она уходит от любовника. В глазах у нее была одна чистая радость и горделивое выражение «Вот я какая!».
Против воли он улыбнулся ей в ответ.
– Простите, Сережа, я задержалась. Но зато я приглашаю вас выпить кофе вон в том кафе.
Ирина вспомнила, что это было то самое кафе, где ее начали одолевать нехорошие предчувствия. Именно там она нарисовала на пачке сигарет пресловутого козла, с которого и начались их общие с Катериной и Жанной неприятности. Но сегодня не хотелось думать о плохом, так что Ирина быстренько отогнала от себя это воспоминание.
– Итак, – начала Ирина, когда они уселись в уютной кабинке, ожидая кофе.
– Что вы так сияете, – недовольно пробурчал он, – на вас люди оглядываются.
– Люди оглядываются не на меня, а на вас, – поддразнила Ирина, – сидите с интересной женщиной, а сам такой хмурый.
– Все-таки, что у вас произошло, муж приезжает, что ли?
– Почему – муж? – удивилась Ирина. – Муж сидит в своей Англии, уже два года не приезжал.
Он посмотрел на нее удивленно, начиная что-то соображать. Муж два года не приезжает к такой женщине. Или он ненормальный, или…, нет вообще никакого мужа.
– Видите ли, в чем дело, Сережа, – сказала Ирина, улыбаясь, – людям свойственен традиционный взгляд на вещи. Красивые женщины все дуры и стервы – так утверждает народная мудрость. Домохозяйка обязательно в халате и бигудях – так даже в кино показывают…
– Вы не похожи на домохозяйку. – Он отвел глаза, вспомнив свою ошибку в мексиканском ресторане. – Кроме того, вы очень неглупы, – опять с неохотой признал он.
– Вот, уже лучше, – обрадовалась Ирина. – Я знаю, вы меня не любите, – продолжала она, – я это чувствую. Не понимаю только, за что. Если вы обижаетесь за ту сцену, что я устроила у вас дома, то я прошу прощения – получилось недоразумение, и потом, возможно, у вас действительно не было выбора, раз вы пошли на такую работу.
Он пригляделся к ней внимательнее: на этот раз никаких женских штучек, она была предельно искренна и обращалась к нему просто по-дружески. Принесли кофе. И он уткнулся в чашку, стараясь не встречаться с ней взглядом. Что она говорила? Намекала, чтобы он посмотрел на нее под другим углом, возможно, она совсем другая, не такая, какой показалась ему с первого взгляда.
– Я… – начал он.
– Вы хотели мне рассказать, что вам удалось выяснить по поводу места, где могут быть спрятаны деньги.
Он вздохнул с облегчением и рассказал ей про маршрут Черкасова, тщательно следя, чтобы не произнести имени Ли Фана, – незачем ей знать про такого опасного человека.
– Потом по другим каналам я выяснил, что в этом районе находится одно здание – бывший институт, с которым покойный Черкасов был связан, когда работал в ФСБ. Вчера я там был, обошел все помещения, но, на первый взгляд, ничего подозрительного не обнаружил. И возле здания тоже покрутился – никаких подозрительных запертых дверей.
– Вряд ли Черкасов стал бы действовать так грубо – прятать деньги в подвале. Все может случиться – бомжи придут, дворник, сантехники.
– Здание старое, – возразил Ивушкин, – и подвалы там могут быть очень надежными.
Утащил я там один планчик…
– Вы знаете, – оживилась Ирина, – думаю, тут я могу помочь. Я вчера весь день сидела дома и размышляла…
Она полезла в сумочку за листочком с расшифрованным текстом, говоря вполголоса:
– Жанна тогда нашла записную книжку.
