Адам никогда еще не испытывал подобного давления. Череп как в тисках, желудок все время конвульсивно сокращается. Он видит, как в дверях появляется Марш, который смотрит на суету в штабной комнате, но ничего не спрашивает. Адам знает, что он еще вернется, и благодарен за отсрочку.
А еще он знает, какой вопрос сейчас наверняка вертится в голове у Марша: «Стоит ли тебе работать над этим делом?» Он и сам уже неоднократно задавал себе тот же самый вопрос. С фигурантами дела его связывают личные отношения. Джейми – его самый близкий друг, Пиппа – лучшая подруга его бывшей жены. Но еще Адам хорошо сознает: единственное, что держит Джейми на плаву, – это знание того, что именно он ведет это дело. Что он не остановится, пока они не найдут ее.
Живой или мертвой.
Адам делает небольшой перерыв и трет глаза. Он не спит уже больше суток – поспать ночью так и не удалось.
– Вы в порядке, босс?
– Э-э, что?
Рядом с ним стоит Элли Куинн, ожидая ответа.
Он вспоминает, в каком состоянии она была прошлой ночью, видит следы похмелья у нее на лице.
– У нас есть записи с камер наблюдения вроде как с тем самым фургоном, и… – начинает она.
Не дожидаясь, пока она договорит, Адам спешит к ее компьютеру и садится перед экраном.
Они буквально перегружены данными. У них есть записи с сотен дорожных камер по всему городу, а также результаты поиска по базам учета транспортных средств и НПК касательно всех фургонов и микроавтобусов «Фольксваген» темного цвета. Но, похоже, анализ записей наконец принес свои плоды.
– Мы начали с места жительства потерпевшей и постепенно расширили поиск по окрестным районам, исходя из того, что похищение произошло между двадцатью двумя ноль-ноль, когда она отправила эсэмэску, что едет домой, и двадцатью тремя тридцатью, когда туда вернулся детектив-сержант Хокстон.
Адам нетерпеливо кивает.
– И обнаружили этот фургон, едущий в южном направлении.
Адам, подперев подбородок рукой, не сводит глаз с изображения на экране. Наконец в кадр попадает темный фургон «Фольксваген» – быстро проскочив по нему справа налево, он тут же исчезает.
– А вот еще он же, на шоссе А – тридцать три.
– И это точно тот же самый автомобиль?
Куинн тонким пальцем указывает на экран.
– Видите? Верхняя часть бокового зеркала заднего вида с водительской стороны имеет характерные повреждения. Но номеров нет.
Адам вскидывает голову.
– Нигде?
– Нет. Мы перепробовали несколько ракурсов, но номера не читаются. Может, грязные. И мы теряем его вот здесь, сразу за кольцевой развязкой в Клифтоне.
Вид у нее искренне расстроенный. Адам успокаивающе кладет руку ей на плечо. Он удивлен, но доволен тем, как быстро она вошла в курс дела и освоилась в отделе особо тяжких преступлений.
– Хорошо, Куинн, – говорит он. – Продолжайте в том же духе.
Встает из-за ее стола и подходит к белой доске. На самом верху – строка цифр, начинающаяся с шестнадцати, под каждой из которых указаны имена жертв.
