Его поцелуй был обжигающим, оставившим на ней отпечаток, который теперь никогда не исчезнет. Дрожащими руками она продолжала исследовать его мощный торс, наслаждаясь тем, как напрягаются мускулы, когда он наклоняется и прижимается к ней всем телом.
Она вздрогнула от этого прикосновения, встречая каждое его новое движение. Раскаленная добела потребность вспыхивала в ней, требуя большего трения, большей ласки. Она выгнулась навстречу ему с отчаянным криком, ее грудь болезненно ныла, а нижнее белье стало влажным, пока она дрожала от желания.
– Талемир, – прошептала она ему в губы, настойчиво прижимаясь к сильному телу. Если не считать рубашки Воина Меча, они оба были полностью одеты. Так не пойдет. Дрю потянулась к поясу, но он поймал ее за запястье.
– Еще рано, – сказал он.
Дрю отстранилась, тяжело дыша.
– Что? Почему?
– Я хочу смотреть на тебя, прикасаться к тебе, пробовать тебя на вкус…
Дрю оперлась на ладони, обхватив его тело ногами, соски на ее груди покраснели и набухли.
– Тогда чего же ты ждешь, Воин Меча?
Он одарил ее мрачной, порочной улыбкой, когда его руки потянулись к веревкам на ее рубашке. Развязав их, он своим теплым дыханием щекотал ложбинку между плечом и шеей. Тело Дрю напряглось, когда ткань распахнулась, обнажив ее круглую, полную грудь и твердые соски, молящие о прикосновении. Она почувствовала, что с каждой секундой становится все более влажной от того, как он проводит большим пальцем по ее нижней губе, вниз по горлу, между ключицами, обводя сначала одну грудь, затем другую, дразня ее соски легкими прикосновениями.
Тяжело дыша, она выгнула спину, пытаясь намекнуть на большую напористость, но он продолжал лишь дразнить ее, да так сильно, что она оттолкнулась от стойки, извиваясь от неудовлетворения. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы не броситься на него. Но он хотел видеть ее, прикасаться к ней, пробовать ее на вкус – такова была его просьба, и кто она такая, чтобы отказывать ему? Девушка умела быть терпеливой…
Он сомкнул губы на ее соске, сильно посасывая, царапая зубами, заставляя стон вырваться из ее горла, запрокидывая ее голову назад.
Его пальцы нащупали пуговицы на ее брюках, и он расстегнул каждую из них. Она приподняла бедра, позволяя ему стянуть их вниз. За ними быстро последовало ее нижнее белье, в котором она сидела на стойке бара, с раздвинутыми, мокрыми от желания бедрами.
Щеки Дрю вспыхнули, пока Талемир пожирал ее своими карими голодными глазами, его тело напряглось, и он затаил дыхание при виде ее.
– Фурии, спасите меня. Дрю… – пробормотал он, обхватывая ее за бедра и разводя их шире. – Ты само совершенство.
Дрю чуть не застонала, когда прохладный воздух коснулся ее влажной, чувствительной кожи. Талемир опустился перед ней на колени и приник к ней губами.
От первого же прикосновения его языка она едва не лишилась чувств: он провел им по ее телу, обжигая и одурманивая.
Дрю прислонилась спиной к стойке, и ее стон эхом разнесся по таверне. Ей было все равно. Существовал только Талемир и его язык, который кружил по чувствительному месту, исторгая из нее бесстыдные крики удовольствия.
Она вцепилась в его волосы, мягкие как шелк. Мужчина застонал, проведя пальцем по ее влажной промежности, прежде чем скользнуть внутрь, входя в нее. Ее дрожащие ноги обхватили пояс Талемира, пока он ласкал ее, его язык и пальцы теперь двигались в унисон, вызывая в ней волны желания.
– Черт… – закричала она, все мысли улетучились в тот момент, когда этот последний всплеск удовольствия начал нарастать по-настоящему.
Она прижималась к нему, пока он ласкал ее пальцами и языком, посылая нежные, дразнящие пульсации по ее клитору.
Ритм усилился, и, наконец, Дрю отпустила его, содрогаясь и вскрикивая, когда волна оргазма достигла предела. Она выгнулась дугой на барной стойке, отчего кружки разлетелись в разные стороны, и Талемир выжал из нее все до последней капли удовольствия, прежде чем убрал рот и пальцы.
Обнаженная, обмякшая, Дрю не двигалась, тяжела дыша.
Она дрожала от того, что Талемир сделал с ней, от того, какое чувство он зародил внутри ее. И все это было ради нее – Воин Меча не искал и не пытался сделать приятно себе.
Дрю медленно села, ее кожа пылала, внутренняя поверхность бедер была влажной.
Мускулистые руки Талемира лежали по обе стороны от нее, волосы свободно свисали на остекленевшие от страсти глаза. Дрю опустила взгляд и заметила, что штаны вздулись в области его паха.
Она потянулась к его члену, отчаянно желая ощутить его в своей руке, прежде чем направить его в свое тело. Теплые пальцы сомкнулись на ее запястье, останавливая ее.
– Это было для тебя, – проговорил он хриплым голосом, его дыхание было неровным.
– Я хочу почувствовать тебя, всего тебя, – сказала ему Дрю, не сводя глаз с его впечатляющей длины, выступающей под тканью, и чувствуя, как внутри ее снова нарастает желание.
– Еще рано, Дама Огня. – Он притянул ее лицо к своему и углубил поцелуй. – Еще рано.
