Дождавшись, пока этот долгий день иссякнет, и все сотрудники отправятся туда, где их кто-то ждёт, Кира вымыла волосы в раковине офисного туалета, высушила полотенцем, превратив в лохматую, но чистую копну, и побрела в свой кабинет. По дороге она заметила свет из его кабинета и на трясущихся ногах подскочила к двери. Сердце заколотилось на весь офис, и она постучала.
– Да? – раздался звонкий женский голос. Кира на секунду подумала убежать, но, глубоко вздохнув, вошла внутрь.
Ксюша сидела в его кресле, с телефоном в одной руке и стаканом янтарного алкоголя в другой.
– Привет. – Сказала она, и Кира повторила:
– Привет.
– Ты что, трудоголик? – Ксюша положила на стол телефон и крутанулась на стуле.
– Да. Сложный проект. – Соврала Кира и почувствовала, как краснеет.
– Максима не было сегодня в офисе?
– Нет.
Ксения печально улыбнулась и опустила взгляд на стакан.
– Хочешь выпить?
Здравый смысл кричал «откажись»! Не издевайся ни над ней, ни над собой. Но пустота внутри, безысходность и неравнодушие ухватились за это предложение и мысленно уже составили список вопросов для Ксюши.
– Не знаю, стоит ли. – Замялась Кира, глубоко в душе надеясь на настойчивость Ксении.
– Садись. – Указала взглядом на кресло перед собой девушка. Затем поднялась с места и отобрала у шкафчика ещё один широкий стакан. – Прости меня, но вид у тебя не очень. Что-то случилось? – она плеснула в оба стакана жидкости из пузатой бутылки. По воздуху скользнули нотки горькой карамели.
Кира села на стул, скрестив ноги, подвинула стакан к себе и сказала:
– Случилось. Мне предложение сделали. – Она отпила большой жгучий глоток. Язык онемел, воздух в лёгких расплавился. Ксюша, удивлённо вскинув бровями, сделала то же самое.
– Почему тогда такой траурный вид?
– Не люблю его. – Ответила Кира, смотря женщине прямо в глаза, и обожгла горло вторым глотком.
– Надо же, как бывает. – Вздохнула Ксения. – Ты не любишь и тебе плохо. А я люблю и мне тоже плохо.
– Поссорились? – она старалась скрыть интерес в голосе.
– Нет. Ищу его второй день, волнуюсь, переживаю, – она посмеялась, – как дура! А ему даже позвонить сложно.
– Может, случилось что-то?
Ксюша помотала головой и осушила стакан.
– Не случилось. Просто ночует непонятно где, дома не был, у сестры не был. Сказал ей, что будет на работе.
Её голос сделался слегка хриплым, слова звучали медленнее, чем обычно. Она снова добавила выпивки в стакан. Несколько капель брызнули на деревянную поверхность стола.
– Я думаю, что он у другой бабы, больше негде. – Ксюша взяла в руки телефон и всмотрелась в пустой экран в надежде увидеть уведомление.
– С чего ты это взяла?
– А что ещё?
– Ты ведь хорошо его знаешь, может, захотелось одному побыть или поехал к кому-то из заказчиков или к поставщикам. Почему сразу к другой?
Ксюша внимательно посмотрела на её лицо, поелозила стаканом по поверхности стола и ответила:
– Я чувствую. – Её голос дрогнул. – Он таким холодным никогда не был. – Женщина отвернулась в сторону кусочка вечернего города, её глаза заблестели от слёз. – В Берлине ты не заметила ничего странного? Может, кто-то из ваших девушек, ну… – Она не смогла закончить вопрос.
– Я не видела его ни с одной из них. – Кира заметила, что впилась ногтями в ручку коженного кресла.
– Последний раз он прикоснулся ко мне на дне рождения АртЛайф. – Глаза Ксюши были абсолютно пьяными. – Поцеловал в щеку, когда представлял гостям. Мы уже несколько месяцев как друзья живем. – Из голубых глаз, наконец, пролились две слезинки.
– Сколько вы вместе? – Прохрипела Кира с комом в горле.
– Я не знаю, как считать. Знакомы лет двенадцать. Я люблю его лет десять. Не знаю, любил ли он меня.
– Что ты говоришь, как такое может быть?
– Наши отношения начались не в лучшее время его жизни. Я была с ним в этот трудный момент, жила для него, отдала всю себя. – Она снова влила в себя огненную жидкость и смахнула со щеки слезу. – Он не любит меня, он со мной расплачивается. И так, наверно, всегда было, только теперь появилась другая, или другие, и я это почувствовала. – Она шмыгнула носом, сперва вытерла его тыльной стороной ладони, а затем потянулась за салфеткой.
Кира чувствовала себя ужасно, и ей было стыдно за столько вещей сразу, что дыхание бесконечно сбивалось. В первую очередь за то, что она чувствует себя хуже, чем плачущая женщина напротив. А во вторую, её щеки загорались от стыда за мелькнувшую в голове волну радости, когда она услышала, что он не касался Ксюши. Максим неверен своей женщине, но он верен мне, подумала Кира и приложила массу усилий, чтобы сдержать улыбку.
Как только Ксюша прикончила бутылку и на такси отправилась домой, Кира принялась звонить Максиму. Всю ночь его телефон был выключен. Она совершенно не знала где его искать, но знала, кто может ей помочь.
От самой двери её улыбкой встретил другой бариста, парень не менее харизматичный, чем предыдущий. Ольги в кафе не оказалось.
– Обязательно подъедет, но только после обеда. – Поджав пухлые губы, сказал парень, славянская копия молодого Джонни Деппа.
– Хорошо, я подожду.
– Может, набрать ей?
