Оставляя на время в стороне события вечера накануне, можно было счесть маловероятным, что Каротерс, совершив налет на магазин полуфабрикатов, проехал потом через весь город в его западную часть, чтобы кокнуть там учащегося колледжа и его девушку. Новые сведения объясняли, почему Каротерс так упорно скрывал свое местонахождение в вечер двойного убийства. Они доказывали также замечательную энергию Каротерса, который после вооруженного вечернего налета утром как ни в чем не бывало явился на работу в свою компанию по перевозкам, а вечером того же дня совершил новый вооруженный налет. Однако полученные дополнительные сведения никак не проясняли убийства парочки в Западной Филадельфии, а также почему первым, на кого указали, был Каротерс.
Среди всего этого потока информации, обрушившегося на него, он вспомнил еще об одной вещи, которую хотел сделать, прежде чем углубиться в расследование. Он позвонил Винни.
– Ты такой беспокойный, Питер.
– Мне надо, чтобы ты еще кое-что сделал, Винни. Пусть это потянет на счет еще нескольких матчей между «Штрафниками» и «Трениками».
– Я весь внимание.
– Мне нужна какая-нибудь информация насчет Джона Эппла, плотника из Южной Филадельфии. Рослый, широкоплечий, белый, примерно двадцати шести лет. Просмотри все сведения – полицейские, фэбээровские, подними послужной список, – словом, все, что сможешь.
– Это рискованно, друг мой.
В дверь постучали, и всунулась голова Мелиссы, секретаря.
– Простите, Питер, вас спрашивают по телефону. Я объяснила, что вы разговариваете по другому номеру, но мужчина…
– Не беспокойтесь, я отвечу здесь.
Дверь закрылась.
– Винни, подожди минуточку.
Питер нажал соответствующие кнопки.
– Питер Скаттергуд у теле…
– Скаттергуд, это Рональд Бракингтон, адвокат вашей жены, – загрохотал голос. – Я собирался звонить вам позже на этой неделе, но обстоятельства вынуждают. Я могу зафиксировать официальное предупреждение вам, Скаттергуд. Ваша жена, придя домой, узнает от маляров, что приходил кто-то от компании застройщиков. Она понимает, что от застройщиков никто приходить не мог, так как вся бумажная волокита с ними была завершена месяца четыре тому назад, и по описанию маляров она догадывается, что это были вы. Она, естественно, очень расстроена, кидается ко мне, и я ее вполне понимаю. Вам не следует ей досаждать. Никаких звонков, никаких подкарауливаний и встреч…
– Я понимаю, что такое официальное предупреждение, – невозмутимо отозвался Питер. – Мы с Дженис отлично ладили.
– Послушайте, что бы вы там ни надумали, Скаттергуд, держитесь от нее подальше. Вы на государственной службе, и мне не нужно, да и не хочется напоминать вам, какие неприятности мы можем вам устроить.
– В этом нет необходимости. – И Питер переключил телефон.
– Винни?
– Да. Я говорил, что это рискованно…
– Знаю, – быстро прервал его Питер.
– Рискованно в основном для тебя.
– Я это понимаю.
– Если я найду его, мне ему позвонить?
– Нет, конечно. Просто запиши это на файл, чтобы я мог взглянуть. И сунь это куда-нибудь подальше. Держи это до поры до времени на всякий случай. И сообщи мне, когда найдешь.
Через час пришла информация, сообщенная, судя по характерному скучающему тону, экспертом-баллистиком, что невыстреленные пули из пистолета Каротерса, задействованного в налете на супермаркет, были того же калибра и той же конфигурации, что и пули, извлеченные медэкспертом из головы и плеча Уитлока. Более того, величина отверстия от извлеченной пули совпадала с величиной отверстия, проделанного контрольным выстрелом из пистолета Каротерса.
Повесив трубку, Питер вошел в приемную.
– Кто приказал произвести контрольный выстрел? – спросил он Мелиссу. – Откуда такая прыть?
Она испуганно взглянула на него, и ему вдруг пришло в голову, что в вихре постоянно меняющихся сведений секретарша ориентируется лучше, чем кто-либо другой, зная, кто звонил и кто приходил и уходил.
– Думаю, вам лучше спросить об этом у мистера Хоскинса, – принялась обороняться она.
– Конечно, я могу узнать это у него, Мелисса, – отрезал Питер, – но так как вы здесь, я подумал…
– Это я приказал, – послышалось из-за его спины, и на плечо ему легла твердая рука Хоскинса, подтолкнувшая его в сторону кабинета.
– Какого черта вы ничего не сказали мне, Билл? Кажется, расследование это поручено мне, вами же поручено! Вывелели мне действовать самостоятельно, и вдруг подложить мне такую свинью – сделать что-то в обход, скрыв от меня часть информации!
– Питер, – голос Хоскинса звучал вкрадчиво, умиротворяюще, – нам это стало известно утром, когда тебя не было. Пушка подходила по калибру, и я велел проверить ее сразу же, не сходя с места. Все знают, насколько это важно, поэтому бумажными формальностями можно было и пренебречь. Я собирался все сообщить. Ты ведь был в чертовской запарке, а к тому же, честно говоря, я не ожидал, что результаты экспертизы поступят раньше завтрашнего дня. Разве можно винить нас за все это? – Хоскинс глядел на него взглядом не то холодноватым, не то просто рассудительным. – Ты обиделся?
– А вы как думаете? Конечно, обиделся.
