– Может, все-таки стоит позвонить в полицию? – Арман обращался скорее к Кейт, чем к Элли. – А вдруг вы впустили бы его… кто знает, на что он способен?
Он говорил с едва сдерживаемой яростью. Элли с содроганием заметила, что его глаза сузились и заблестели. Кейт, казалось, восприняла это спокойно.
– В данный момент я не в восторге от полиции. Не будем тебя задерживать, Арман.
Элли задрожала.
– Вы не будете возражать, если я закрою дверь? Я только что приняла ванну.
– Пока, Арман! – Кейт со смехом помахала мужу на прощание и закрыла за ним входную дверь. В ее тоне было что-то такое, что обеспокоило Элли. Муж и жена, находящиеся в хороших отношениях, так друг с другом не разговаривают.
Элли прошла на кухню и с неодобрением посмотрела на холодное блюдо.
– Боюсь, это все, что у меня есть из еды. Давайте для начала я приготовлю немного домашнего супа. Если, конечно, вы не передумали сходить за рыбой с картошкой. А что будет есть Арман?
Кейт бросила свое большое пальто на стул в прихожей и плюхнулась на кухонный табурет.
– Он всегда уходит куда-нибудь вечером по средам. В шахматный клуб. Поест там. Я не ожидала, что он вернется так скоро, иначе ушла бы раньше… и нет, я не хочу об этом говорить.
Элли открыла рот, чтобы продолжить тему, но Кейт опередила ее:
– И о Ферди я тоже не хочу говорить.
Элли нарезала лук и грибы и бросила их в кастрюлю, чтобы обжарить в масле. Соль, перец. Куриный бульонный кубик, немного кипятка. Она убавила газ и закрыла кастрюлю крышкой.
– Вкусно пахнет, – сказала Кейт, закрывая глаза и вытягивая ноги.
– Когда вы ели в последний раз? Или на этот вопрос тоже не хотите отвечать?
Кейт наклонилась вперед и положила голову на сложенные на столе руки.
– А что бы вы сделали на моем месте?
И тут Элли шокировала и себя, и Кейт:
– Конечно, бросила бы его!
– Бросить его? Всего через шесть недель после свадьбы?! – Кейт рассмеялась. – Неужели я настолько несчастное создание, чтобы так быстро сдаться?
– Жениться на скорую руку…
– Но это не так. Я не думала ни о чем другом целых три месяца. Стоит, не стоит? Вдруг он сдастся и найдет другую? Почему он не нравится моим друзьям? Имеет ли это значение, когда солнце, луна и звезды сияют в его глазах? Почему я дрожу от страха, стоит ему только взглянуть на другую девушку? Почему моя мама не понимает, что без него я умру? Что со мной не так?
– Все так. – Элли размешала приготовленную смесь, высыпала ее в измельчитель, добавила немного кукурузной муки и вернула в кастрюлю, чтобы суп еще раз разогрелся и загустел.
Кейт заговорила, глядя в стол:
– Если со мной все в порядке, тогда почему…
– Почему он вас бьет?
Кейт сидела так неподвижно, что Элли подумала, не заснула ли она.
Элли помешала загустевший суп, попробовала, достаточно ли приправы, и разлила в две большие кружки. Поставив одну из них на стол перед Кейт, она села напротив нее.
– Угощайтесь.
Кейт подняла голову.
– Откуда вы знаете?
– У меня есть глаза и уши. Звук проходит сквозь стены.
– Он сделал это только один раз.
– Нет, не один.
Кейт потягивала суп, опустив глаза.
– Сначала это была всего лишь пощечина.
– Как скоро после свадьбы это произошло?
– На второй день. Видите ли, меня повысили на работе. Я не говорила ему заранее, потому что думала, какой это будет чудесный сюрприз. Его лицо, когда я сказала ему…
– Зависть.
Кейт вздохнула.
– Я этого не понимаю. У него отличная работа. У него все хорошо. Через пару лет он может рассчитывать на должность заместителя директора…
– Но сейчас он ее еще не получил, а вы наверняка зарабатываете намного больше, чем он.
– Какое это имеет значение, когда ты кого-то любишь?
Элли не стала отвечать. Со временем девушка поймет сама. Кейт, конечно, не знала, что Арман говорил о ней полиции. Элли хотела рассказать ей, но не стала. У бедняжки и так достаточно причин для беспокойства.
Элли разложила по тарелкам холодное мясо и салат. К еде она нашла в глубине буфета бутылку красного вина. Фрэнк наверняка сказал бы, что это оскорбление вкуса – подавать вино с холодным мясом и салатом, но Элли решила, что и ей, и Кейт это не помешает. Ужин получился вкусным. Они съели все мясо и салат. И домашнюю выпечку, которую Элли купила в кафе «Подсолнухи».
– Что мне делать? – спросила Кейт. Она говорила очень тихо, и Элли подумала, что это риторический вопрос, не требующий ответа.
Однако сказала:
– Попробуйте стукнуть его сковородкой, если он снова вас ударит.
Она разлила остатки вина по бокалам. Ей было тепло, и она чувствовала себя защищенной от мировых проблем.
Кейт поморщилась.
– Вы не понимаете. Я люблю его, но он меня пугает. Когда он выходит из себя, кожа вокруг его рта белеет, глаза становятся узкими и темными, и еще до того, как он ударит меня, я ощущаю исходящую от него ненависть… О, я не имею в виду, что Арман действительно ненавидит меня. Ну, может, всего на секунду или две. Он любит меня, правда. Он потом очень сожалеет. Очень печалится, что я вынудила его это сделать.
Элли помахала бокалом с вином.
– Чепуха, Кейт. Он всего лишь обычный человек, который избивает жену.
