– Теперь, когда я здесь, с мамой все будет в порядке, так что вам незачем оставаться.
Элли недоумевала, почему Диана все время ведет себя так грубо. Несмотря на усталость, она чувствовала, как растет дистанция между ней и остальными. Хотя Арчи мало ей нравился, Элли не хотела, чтобы он уходил обиженным. А он, по-видимому, в данный момент чувствовал себя оскорбленным, потому что, глядя на Диану, поджимал губы и прищуривал глаза.
– Арчи, Диана права. Под ее присмотром я в полной безопасности. Но вы можете кое-что для меня сделать, если вам не сложно. Я разговаривала с полицией, когда Арман прервал меня, и они, наверное, задаются вопросом, не стала ли я жертвой очередного убийства или чего-то подобного. Не могли бы вы позвонить им от моего имени, когда вернетесь домой? Расскажите им, что произошло, передайте, что сейчас со мной все в порядке, и спросите, не могут ли они что-нибудь сделать с журналистами?
Арчи приободрился.
– Конечно, дорогая леди! – Он бросился к Элли и поцеловал ее в щеку.
Элли была слишком уставшей, чтобы быстро среагировать, но через секунду все же отшатнулась. Диана увидела поцелуй, но не то, как отпрянула мать, и ее брови почти сошлись на переносице от отвращения.
Элли выпустила Арчи на улицу и вернула цепочку на дверь, а затем обратилась к Диане:
– Дорогая, я так рада тебя видеть, хотя тебе вовсе не обязательно было мчаться по шоссе ради меня. Знаешь, я действительно в порядке. Просто немного устала. Не хочешь подняться наверх и разложить свои вещи? Боюсь, что твоя спальня в том же виде, в каком ты оставила ее на прошлой неделе, но я уверена, ты не будешь возражать, раз уж вернулась так скоро…
– Мама, кто этот ужасный человечишко?
– Я же сказала, дорогая. Друг твоего отца. Он – церковный казначей и хочет восстановить некоторые записи, которые твой отец заносил в свой компьютер. Он очень заботливый, правда. Принес прекрасное растение. Я отнесу его в другую комнату утром. Не могла бы ты задернуть шторы в гостиной, пока я посмотрю, что можно найти для тебя на ужин?
– Я перекусила сэндвичем в закусочной на шоссе. Мама, тебе нельзя здесь оставаться. Собери дорожную сумку, и мы поедем в какой-нибудь отель. Ты можешь расплатиться кредитной картой…
– Я никуда не собираюсь уезжать.
Элли недоумевала, почему никто не желал задергивать шторы. Она просила и Армана, и Диану. Ни один из них этого не сделал. Она пошла и закрыла их сама, спрятавшись за занавеской, чтобы журналисты не сфотографировали ее снаружи.
– Не говори глупостей, мама. – Диана вошла следом за ней и, по крайней мере, поставила на место перевернутую мебель. – Ты не можешь здесь оставаться, и точка. Мы со Стюартом долго обсуждали это после похорон. Ты никогда не жила одна и вряд ли сможешь справиться с этим сейчас. Мы нашли для тебя небольшую уютную квартирку с одной спальней, полностью меблированную и за разумную плату. Можешь пожить у нас, пока не поправишься, а затем переедешь. К счастью, в данный момент квартира свободна. Что касается мебели, что ж, если у тебя есть что-то маленькое, что ты особенно хотела бы сохранить, то, полагаю, это можно перевезти. Мы со Стюартом, конечно, заберем дедушкин письменный стол…
Элли опустилась в кресло, откинулась на спинку и закрыла глаза.
– Диана, ты меня не слушаешь. Я никуда не собираюсь уезжать. Мне здесь нравится. У меня здесь все друзья. Почему я должна переезжать?
Диана шумно выдохнула.
– Мама, если б ты могла себя видеть, ты бы так не говорила. Конечно, ты не хочешь покидать этот дом, но пришло время, когда здравый смысл заставляет это сделать. Давай не будем спорить об этом. Иди в постель, а я принесу тебе чего-нибудь горячего.
Элли терпеть не могла горячие напитки. Ей подумалось:
– Я лучше позвоню Стюарту, если смогу сделать это, – добавила Диана. – Он всегда беспокоится, когда мне приходится выезжать на шоссе.
Когда Элли добралась до лестничной площадки, она услышала, как Диана возится с телефоном и наконец набирает номер.
– Стюарт, это я. Да, добралась нормально, но здесь настоящий бедлам: журналисты толпятся на улице, а ужасный человечишко пытается ухаживать за моей матерью, да, правда! И телефон был занят, так что я надеюсь, ты не пытался дозвониться…
Наступила пауза, пока она слушала Стюарта. Элли мысленно улыбнулась, чувствуя себя лишь слегка виноватой, потому что знала, что за этим последует.
– Что она сказала насчет машины?! Да она сумасшедшая! Она…
Элли закрыла дверь своей спальни, отгородившись от внешнего мира, и усмехнулась, представив, в каком ужасе сейчас находилась Диана. Конечно, на самом деле она не станет забирать у дочери машину, но Элли намеревалась заставить ее вежливо попросить об этом. Затем она собиралась пойти купить себе новую красивую машину с автоматической коробкой передач и записаться на уроки вождения.
