Но после родов дочь сразу же вернулась к работе, сославшись на необходимость получать хорошую зарплату, поскольку ее отец отказался увеличить размер материальной поддержки для них. Хотя она заверила Элли, что ясли – первоклассные, для маленького мальчика это было совсем не то же самое, что, так сказать, находиться под крылом матери. Элли была уверена, что Фрэнк-младший отстает в развитии из-за недостатка внимания. Единственное, что могло бы заставить Элли переехать на север, – это намерение присматривать за маленьким Фрэнком. Но, с другой стороны, Диана терпеть не могла то, что она называла «вмешательством» в ее заботу о сыне, и во время визитов родителей всячески препятствовала Элли, когда та пыталась хоть что-то сделать для ребенка.
А теперь, подумала Элли, Диана наверняка злится из-за завещания своего отца.
О боже.
Услышав, что приехала доставка, Элли выключила компьютер. Разложить все продукты оказалось непросто, но она успокоила себя мыслью, что зато ей не придется никуда выходить в эти выходные. Элли съела лапшу быстрого приготовления – она никогда раньше ее не ела и всегда хотела попробовать. Достаточно хорошо. Но не очень сытно. Она закончила обед шоколадом.
Потягивая чашечку кофе, Элли подошла к окну, выходящему на задний двор, и посмотрела вниз, на сад и церковь. Обычно она чувствовала себя умиротворенной, глядя на знакомый пейзаж, но сегодня ей было… не по себе. Конечно, из-за погоды. Поднимался ветер. Стрелка барометра Фрэнка упала. Казалось, вот-вот пойдет снег. Элли всмотрелась сквозь деревья, пытаясь разглядеть какие-нибудь признаки жилья в пустующем доме, но ничего не заметила.
Она передернула плечами под свитером и поежилась.
Затем поднялась наверх, чтобы вздремнуть. И уснула так, что не слышала, как разрываются телефон и дверной звонок.
Толстяк доложил по телефону:
– Никакого движения, ничего. Должно быть, умотала на север.
– Женщина, которая оставалась на ночь, уехала на такси в полдень, одна, – сообщил мальчик на побегушках. – Приходила соседка, но пробыла недолго. Затем притащились полицейские ищейки. Но свернулись по-быстрому. Потом приехала доставка, выгрузила пять пакетов вкусностей. Похоже, она намерена задержаться. Я пошел и позвонил в дверь, хотел опять притвориться газовщиком, но она не открыла. Я слышал, как звонил телефон. На звонок она тоже не ответила. Возможно, она уехала на север… Что ж, я мог не заметить ее, когда ходил за сигаретами… здесь чертовски холодно, и я не могу все время держать двигатель включенным. Нет, думаю, она не собирается на север, раз уж закупила столько еды в «Теско». Ха, еще один посетитель! Женщина лет пятидесяти, я раньше ее здесь не видел. Звонит и стучит… настойчиво, надо отдать ей должное… Ха. Она входит. Значит, наша цель все еще там…
Элли кое-как спустилась по лестнице, услышав, что кто-то стучит в дверь. И тут зазвонил телефон. Она проигнорировала звонок и открыла входную дверь.
Лиз Адамс, жена священника, которая так утешала ее в прошлое воскресенье… неужели это было недавно? С тех пор столько всего произошло.
Лиз была из тех, кто верит, что крепкие объятия приносят больше пользы, чем десяток банальностей. Она сжала Элли, покачиваясь из стороны в сторону.
– О, Лиз! – Элли шмыгнула носом и принялась искать носовой платок. В кои-то веки она нашла его в кармане юбки.
– Мы так беспокоились о вас. По очереди звонили…
– Прошлым вечером мне пришлось снять трубку. Репортеры, знаете ли. А потом Диана все утро разговаривала по телефону.
– Да, миссис Доуз мне говорила. – Лиз склонила голову набок, прислушиваясь, нет ли в доме кого-нибудь еще.
– Диана вернулась домой. Она хочет, чтобы я поехала погостить или переехала в маленькую квартирку рядом с ними, но Лиз!.. Я не хочу уезжать.
Лиз снова обняла ее.
– Собирайтесь, моя дорогая. Я забираю вас к себе на выходные. У Гилберта сегодня вечером какое-то мероприятие, детей не будет дома, а у меня запеканка в духовке. Посидим у камина, полакомимся шоколадом и выпьем вина. Вам не придется готовить еду самостоятельно, отвечать на телефонные звонки или открывать дверь, потому что никто не будет знать, где вы находитесь.
– Мне нужно позвонить Диане. Я ей обещала. Лиз, у меня ужасное предчувствие, что Диана что-то замышляет, а вы знаете, какой она может быть настойчивой.
– Тем больше причин погостить у нас в эти выходные. Позвоните ей сейчас, пока я здесь, чтобы поддержать вас.
Элли глубоко вздохнула и подошла к телефону. Мигающий огонек на автоответчике показывал, что ее ждут сообщения. Она нажала «Воспроизведение». Два звонка из газет, один за другим.
Тетя Друзилла, очень сердитая:
– Возьми трубку, Элли. Я знаю, что ты дома. Если, конечно, ты не уехала с Дианой… Я об этом не подумала. Да, возможно, именно это и произошло. – Трубку резко положили.
Следующий звонок поступил из телефонной будки. Тихий женский голос.
