Убийство в Атлантике полностью

Хотя очертания шлюпочной палубы были размыты и погружены в тень, белая меховая шуба выдала хозяйку. Макс понял, что перед ним Валери Четфорд, еще до того, как ухватил ее запястье. А кроме того, он увидел слабый, едва видимый голубоватый отблеск корпуса электрического фонарика в ее руке.

Макс услышал свой хриплый страшный шепот, который, казалось, исходил откуда-то из его утробы:

– Отдайте мне ваш фонарик.

Ответа не последовало, и он настойчиво повторил:

– Отдайте мне ваш фонарик. Если вы попытаетесь его включить, мне придется вас ударить. Разве того, что вы уже сделали, не достаточно?

– Вы с ума сошли? – прошептала она в ответ. – Вы же не думаете, будто я…

– Вы отдадите фонарик?..

Плеск и шипение волн превратились в монотонный гул. Их однообразный шум звучал в такт движениям огромной серовато-черной трубы, возвышавшейся над ними, и покачиванию далекой фок-мачты на фоне звезд. Сердце у Макса сжалось, и в груди похолодело. Был исход ночи, время самоубийств и дурных снов. Скоро придет рассвет. Продолжая сжимать ее запястье, Макс вырвал фонарик.

– Послушайте! – сказала Валери.

Они оба резко обернулись. На некотором расстоянии от них раздался топот ног, бегущих по палубе. Голос, который они услышали, был четким и негромким, но расколол ночную тишину, как удар по голове:

– Подводная лодка по правому борту. Приближается торпе-е-еда!

Двадцать секунд спустя во всех уголках корабля зазвенел сигнал тревоги.

«Ну вот и все, – подумал Макс. – И что теперь?»

Не более того. Никаких эмоций, которые он мог бы потом вспомнить. За двадцать секунд до сигнала тревоги в его голове промелькнула сотня предположений. Он задавался вопросом, как будет выглядеть взрыв и каким звуком сопровождаться. Он спрашивал себя, обязательно ли корабль взлетит на воздух, куда бы ни попала торпеда, похожая на заводную игрушку, которая была у него в детстве. Или есть части корпуса, куда она может попасть, не взорвав их опасный груз?

Затем звуки тревожной сигнализации пронеслись под палубой, как огонь.

– Бегите! – гаркнул он. – Спускайтесь в свою каюту, возьмите одеяло, все, что вам может понадобиться, и идите в кают-компанию. Спасательный жилет у вас с собой?

– Вы же не думаете, – воскликнула Валери, – что я пыталась подать сигнал!..

– Не важно, что я думаю. Вы можете ходить быстрее, чем я. Поторопитесь!

– Разве мы не пойдем к шлюпкам?

– Будьте вы прокляты, – произнес Макс. – Вы слышали, что сказал третий помощник! Подчиняйтесь приказу. Марш!

Кто-то однажды говорил ему, что торпеда, движущаяся в воде, словно бы хихикает и пощелкивает. Ему также объяснили, что, если торпеду заметили на достаточном удалении, корабль, хорошо слушающийся штурвала и идущий зигзагообразным курсом, имеет шанс от нее уклониться. Это было первым, что следовало предпринять.

Валери ушла.

Тревожные звонки все еще звучали, заглушая мысли. Макс поспешил вниз. По пути он дважды падал, распластываясь на палубе и не ощущая боли. Но не побежал. Он сказал себе, что, черт возьми, ни за что не побежит.

На нижних палубах наблюдалось оживление. Мимо быстро, но спокойно прошел матрос, наматывая канат. Макс последовал за ним. Надев спасательный жилет, он вошел в свою каюту, которая теперь показалась ему невыносимо жаркой. Достав из ящика туалетного столика бумажник и паспорт, полученный утром у старшего стюарда, он огляделся в поисках чего-нибудь еще, что могло пригодиться. Перчатки. Cигареты и спички. И наконец, противогаз и одеяло.

Часть его сознания прислушивалась, напряженная и чуткая, как микрофон. Он ждал удара торпеды. Почему его не произошло? Может быть, она уже ударила… Нет, это невозможно.

Выйдя из каюты, он пошел по коридору и лишь тогда вспомнил, что забыл одну из самых важных вещей – пальто.

Макс вернулся за ним.

Его смутно удивило, что он больше не испытывает страха. «Убирайся отсюда, – сказал он себе. – Чего ты медлишь? Хватит оглядываться по сторонам. Еще полминуты – и время истечет».

Выходя опять, Макс встретил стюарда, закрепленного за его каютой. Тот спросил, все ли взял мистер Мэтьюз, и получил утвердительный ответ. Стюард кивнул и отошел в сторону. Оглушительный звон сигнализации приходилось перекрикивать. Когда Макс добрался до кают-компании, некоторые пассажиры уже были там. Третий помощник, который стоял у двери и вел им счет, кивнул и ухмыльнулся ему, когда он проходил мимо.

Мириады маленьких мозаичных зеркал на колоннах столовой сверкали в свете ламп, множа отражения собравшихся. Столы были накрыты скатертями. Хупер, в спасательном жилете и одеяле, зеленой тирольской шляпе с маленьким перышком, безмятежно сидел за столом и слегка барабанил по нему пальцами. Лэтроп, надев противогаз, примостился за другим. Тихо вошли доктор Арчер и Кенуорти с сигаретой во рту. Оба, поразмыслив, заняли стулья. Никто ни с кем больше не разговаривал. Последней появилась Валери.

Звон тревожной сигнализации прекратился, повисла гнетущая тишина.

По-прежнему никто не двигался и не говорил.