– Но он не был просто каким-то стариком, правда? Геральд Петтигрю, или как он там называл себя в Австралии, – твой отец.
Повисла кошмарная тишина.
– Люси, может, вам пора домой?.. – неуверенно пробормотала Кэти.
Однако Джим встал перед дверью и скрестил руки на груди. Крепкие руки. На широкой груди.
– Нет уж. Пускай Люси объяснит, о чем болтает.
В свою защиту скажу, что вряд ли прижала бы так Джима, не будь рядом Кэти. Я была уверена, что он не рискнет причинить мне вред у нее на глазах или же прикончить нас обеих. Не слишком железная логика, но что поделаешь. Ведь теперь я ясно осознала, как было дело, – однако подтвердить мои догадки мог только сам Джим.
– Когда мы впервые встретились, ты показался мне знакомым. У тебя от рождения его походка или ты имитировал ее, как хороший актер?
Парень пожал плечами:
– Пожалуй, и то и то.
– И зубы у вас одинаковые.
Джим развел руками, показывая, что ему наплевать.
– Геральд Петтигрю бросил тебя ребенком. И разрушил твою семью, верно?
– Джим? В чем дело? Что происходит? – перебила нас Кэти.
Однако Джим смотрел на меня:
– Маму его уход убил. Она была хорошим человеком, а после его поступка так и не оправилась. Так что да, я узнал о старом гаденыше все, что мог. Выяснил, что он использовал и бросил не только мою маму. Он был злодеем, преследователем. Находил женщин, у которых водились деньги, и своими чарами вытягивал все до пенни, а затем оставлял ни с чем.
Кэти прикрыла рот рукой:
– Ох, Джим! Почему ты мне не рассказал?
Тут парень взглянул на нее, и его рот дернулся в подобии улыбки:
– Тогда бы ты со мной не поехала.
– Ты направился в Оксфорд за Геральдом Петтигрю.
– Да. Я следил за ним. Когда я увидел, как он клеится к старушке мисс Уотт, все встало на свои места, словно на сцене. Та дама сильно влюбилась в моего папашу, а значит, больше не хотела работать на кухне. Я в тот момент думал, как бы проникнуть в чайную, но так, чтобы не попадаться ему на глаза. – Джим злобно усмехнулся. – Правда, сомневаюсь, что он узнал бы собственного сына.
– Ох, Джим! – снова выдохнула Кэти. Кажется, пазл в ее голове понемногу складывался.
– Насколько я знал, в «Бузину» брали только официанток, а вся готовка лежала на одной из старушек. И тут я подслушал одну ссору и понял, что та не выполняет своих обязанностей из-за Геральда. Я решил: это мой шанс. Мы с Кэти стали подарком судьбы для второй из сестер.
– Когда твой отец начал что-то подозревать?
– Вроде бы так и не догадался. Такой самоуверенный: когда отравили не того, Геральду и в голову не пришло, что яд-то был для него. Однако позже, после допроса полицией, он, кажется, стал подозревать вторую из сестер Уотт. Видишь ли, она знала, что Геральд из себя представляет.
– Она тебе рассказала?
– А ей и не понадобилось. Сестры ругались на кухне, а я курил за дверью. Они ж не знали, что я там и все внимательно слушаю.
Кэти доплелась до дивана и упала на него. В лице у нее не было ни кровинки.
– Ты отравил полковника Монтегю?
– Эй, детка, тут уже ты виновата! – Джим повернулся ко мне. – Я сказал ей отнести поднос за столик номер шесть, а чтобы она не ошиблась, уточнил, что чай для старикана у окна.
– Вот только за обоими столиками у окон сидело по старикану. И Кэти перепутала заказы.
Кэти издала жалобный звук: казалось, она задыхалась.
– Меня сейчас стошнит.
Ни я, ни Джим даже не взглянули в ее сторону.
– Поэтому во второй раз ты пошел убивать отца сам – чтобы исключить возможность ошибки.
– Да. А еще я хотел, чтобы он знал, кто это сделал. Я хотел взглянуть ему в глаза, рассказать, что он натворил. Увидеть, как он умирает. Мне плевать, что со мной будет дальше. Это того стоило. – Парень остановился и выдохнул. – Правда, полковника мне жаль. И тебя.
Кэти вскочила:
– Нет! Джим, нет!
Парень посмотрел на нее, и взгляд у него смягчился:
– Кэти, любимая, мне придется ее убить. А затем мы с тобой сбежим. Прости, малышка, но иначе никак.
Джим на секунду задумался. Я заметила, как он рефлекторно размял пальцы.
– А теперь пойдем в спальню, – сказал он мне. – И не дергайся. Будет быстро и почти не больно.
Я покачала головой. Я пыталась вспомнить заклинание, чтобы остановить его, но в мыслях царил сущий бардак.
– Нет. Не пойду!
Снаружи раздались звуки: я была не одна. Я закричала. Правда, получилось не очень – Джим бросился на меня и толкнул на диван, стараясь схватить за горло. Кэти завопила и кинулась на него с кулаками. Не думаю, что Джиму было особо больно, но я оценила поддержку.
К счастью, начать меня душить парень не успел – за дверью послышался шум, и она распахнулась. Джима с силой стащили с меня, и через секунду он уже лежал на полу, удерживаемый двумя полицейскими в форме. Один надел на него наручники, а другой сообщил, что тот имеет право хранить молчание. Я нервно вдохнула.
Иэн помог мне сесть. Он выглядел мрачным – почти рассерженным.
– Люси? Дышать можете?
Я кивнула.
Иэн отрывисто скомандовал кому-то позади него вызвать скорую, а затем обратился ко мне:
– Мы отвезем вас в больницу. Чтобы убедиться, что с вами все в порядке.
