Убийство в частной клинике полностью

— Вы и попали в самую точку! — воскликнул Аллейн, глядя на Мэриголд так, словно перед ним была пророчица. — Я в этом совершенно уверен. Вы, старшая медсестра, знаете не хуже меня, что у сэра Дерека было много врагов. Скажу по секрету, в Скотленд-Ярде мы знаем, где их искать, и работаем в тесном контакте с разведывательным управлением. Прекрасно понимаем расклад. — Старший инспектор с удовлетворением заметил, как заинтересованно блеснули ее глаза. — Среди нас, в самой нашей гуще, прячутся тайные агенты и целые тайные общества — силы зла. В Скотленд-Ярде об этом известно, но обычные граждане даже не подозревают. — Аллейн сделал паузу и, сложив руки, прикинул, сколько из того, что он наплел, женщина примет на веру.

Похоже, она поверила всему, до единого слова. И в ужасе прошептала:

— Невероятно. Просто невероятно!

— Таково положение, — важно кивнул Аллейн, откидываясь на спинку стула. — Однако возникла трудность. Прежде чем выстрелить прямой наводкой, мне необходимо убедиться, что не существует иных вариантов. Предположим, мы немедленно произведем арест. Как будет защищаться преступник? Попробует навести подозрение на невиновных — тех, кто боролся за жизнь сэра Дерека: на хирурга и его помощников.

— Но это ужасно!

— И тем не менее может случиться. Чтобы подготовиться к подобной ситуации, я должен знать историю операции как свои пять пальцев — во всех деталях. Вот почему, старшая сестра, я раскрыл карты и пришел с вами поговорить.

Мэриголд долго молчала, и Аллейн заподозрил, что плохо сыграл свою роль. Но она заговорила с неподдельной торжественностью:

— Я считаю своим долгом рассказать все, что вам поможет.

Аллейн решил, что не следует пожимать ей руку, и лишь спокойно, но почтительно поблагодарил.

— Спасибо, старшая сестра, вы приняли мудрое решение. А теперь перейдем к нашим насущным проблемам. Как мне известно, операцию проводил сэр Джон, ему ассистировал мистер Томс, а доктор Робертс выполнял функции анестезиолога. Сэр Джон сам приготовил раствор для инъекции гиосцина и сделал укол.

— Да, сэр Джон всегда так поступает. Как я уже говорила, он очень скрупулезен.

— Замечательное качество. А укол против гангрены сделал доктор Томс. Шприц подала ему сестра Харден. Так?

— Да. Бедняга Харден. Она была чрезвычайно расстроена. Сэр Дерек был другом ее семьи, старинной семьи из Дорсетшира.

— Вот как? Странное совпадение. А вскоре несчастная девушка потеряла сознание?

— Именно. Но, уверяю вас, во время операции она, как обычно, выполняла свою работу. — Голос Мэриголд дрогнул, словно она была не уверена в том, что сказала.

— Я слышал, что с инъекцией против гангрены произошла заминка?

— Всего на мгновение. Потом Харден призналась мне, что почувствовала слабость и пришлось минуту постоять, прежде чем принести шприц.

— Понятно. Вот несчастье. А инъекцию камфары делала сестра Бэнкс?

— Да. — Мэриголд поджала губы.

— И она же готовила сыворотку?

— Верно.

— Полагаю, мне необходимо поговорить с ней. Не надо, чтобы, кроме нас и этой мраморной дамы, о моих мыслях кто-то знал, но сестра Бэнкс меня тревожит.

— М-м-м… — потянула Мэриголд. — Неужели? Подумать только!

— Однако это мой долг, я обязан! Она в здании?

— Завтра сестра Бэнкс покидает нас. А сегодня, думаю, она в больнице.

— Бэнкс покидает вас? Она и вас пугает, старшая сестра.

Мэриголд недовольно надула губы.

— Она не из тех, кого я хотела бы видеть в качестве своего ассистента. Моя точка зрения такова: личные чувства и тем более политические взгляды не должны влиять на работу медицинской сестры.

— Я считал, что она исповедует высокие идеалы, — заметил Аллейн.

— Высокие идеалы! — усмехнулась Мэриголд. — Левацкие штучки! Она имела наглость заявить мне в операционной, что обрадовалась бы, если бы больной… — Она запнулась и смущенно опустила голову. — Нет, конечно, ничего такого Бэнкс не имела в виду. И все же…

— Совершенно верно. Некоторые из этих людей вам такого наговорят. С ее взглядами сам вид О’Каллагана был ей ненавистен.

— Как она посмела? — возмутилась Мэриголд.

— Вот и расскажите мне обо всем. — Аллейн почувствовал, что победа за ним.

И не ошибся: недолго поколебавшись, старшая сестра начала говорить.

Вторник, шестнадцатое. День