– Добрый вечер. – Муруталь бросил взгляд за ее плечо. – Вам с вашим спутником лучше отправиться поужинать. Пока мы осмотрим купе.
– А у вас есть полномочия? – резко возник за ее спиной мужчина.
Темноволосые, красивые, они выглядели как пара из романтической баллады – если бы не тень страха в их глазах.
– У него они есть, – тихо ответила девушка за Муруталя. – Вы ведь меня узнали?
– Конечно. Пятая дочь герцога Флеминга. Но по документам почему-то проходите под фамилией Смилс.
– Я… – начала дочь герцога, но Муруталь поднял руку, останавливая ее.
– Не стоит. Сейчас наша задача – найти убийцу. Если это не вы, то волноваться не о чем.
Пара переглянулась.
Когда Ана Смилс и Рет Доруш собрались и отправились на ужин, я заглянула в их купе, предварительно проверив ее на опасные элементы, но поверхностный поиск не показал вообще никакой магии.
Купе было чуть больше моего, и я метр за метром детально осматривала помещение, но не нашла ничего. О чем и сообщила Муруталю.
Что-то не сходилось.
– Зачем тогда они колдовали? – сквозь зубы процедил Муруталь.
– Документы, – подсказала я, но не стала прикасаться к чужим вещам. – Не разбираюсь в этом, но, по-моему, они хотели наложить заклятие подлинности.
– Ведьмаки? – Ричард фыркнул. – Бессмысленно.
– Наша последняя надежда, – тихо проговорила дочь герцога, которая вернулась с ужина.
Быстро они, я проверяла купе не так уж долго. Заглатывали пищу, не пережевывая?
За спиной девушки стоял ее возлюбленный, как каменная стена, но в его глазах горела ярость. Или зависть?
– Помолвленной паре нас не понять, – язвительно бросил он.
– Не вам судить о чужих чувствах, – резко бросила я в ответ.
Слова неприятно резанули. Мы с Ричардом поговорили, но наши отношения все еще очень хрупкие, и я не намерена пускать все на самотек, как раньше. Я буду защищать свою любовь. Всегда.
Пара не стала спорить, но их молчание было красноречивее любых слов.
– Что теперь с нами будет? – голос Аны дрожал, как лист на ветру.
– Если вы непричастны – покинете поезд по прибытии. – Муруталь говорил безжалостно ровно. – Но за подделку документов – арест в течение суток. Советую использовать это время… мудро.
Мы вышли, оставив их в тяжелой тишине.
– Но зачем так рисковать? – не могла понять я.
– Герцог не благословил их брак. – Муруталь усмехнулся. – В королевстве они бы не смогли обвенчаться. Пересечь границу под своим именем – тоже. Пришлось бежать таким образом. Насколько я понимаю, документы не настоящие только у девушки? – уточнил лорд.
Я кивнула. Магию почувствовала только на них.
– Герцог не позволит отдать дочь под суд, как и принудительно расторгать их брак. Это будет громкий скандал. Так что, можно сказать, у них все получилось, если они сумеют пожениться в эти сутки до ареста.
Я переглянулась с Ричардом. Да, нам действительно не понять трудности чужих отношений. В такие моменты начинаешь ценить свои. Но с родителями мне предстоит настоящая война, когда я откажусь расторгать помолвку с женихом.
– А зачем они заходили к жертве? – спросил Ричард.
– Она тоже узнала дочь герцога и, полагаю, прощупывала почву насчет шантажа. Они пришли к ней выяснить отношения. Судя по их показаниям, они были первыми, кто ее посетил, но доказать это невозможно. Посмотрим, что скроют остальные.
А значит… Пока нас ждет следующее купе.
Во втором купе находился тот самый мужчина, с которым я встретилась в коридоре вечером и который не понравился Ричарду – Самюэль Тимс. Как только увидел его, жених весь напрягся, будто готовый к прыжку зверь. Тимс не знал Ричарда, а видел того только в облике кота, но, кажется, инстинктивно чувствовал опасность.
– Мистер Тимс, прошу вас, пройдите в вагон-ресторан. Вам нужно подкрепиться. Нам нужно осмотреть ваше купе.
Мужчина сидел за столом, лениво подпирая ладонью подбородок. Удивления нет, волнения тоже. Он нас ждал.
– Выбора у меня нет? – спросил он с нарочитой усталостью, но в голосе сквозила едкая насмешка.
– Нет.
– Хм… А эта милая девушка, оказывается, работает на вас. И вовсе не так плохо относится к мужчинам, как хочет показать, – Тимс медленно провел взглядом по нашим сцепленным пальцам, и губы его дрогнули в неприятной ухмылке.
– Это не ваше дело, – голос Ричарда прозвучал низко и опасно, словно предупреждающий рык.
– Любовь, – скривился мужчина, и в этом слове было столько пренебрежения. Он встал с преувеличенной легкостью, будто его кости были сделаны из пружин, и, проходя мимо, намеренно задержал на мне взгляд, подмигнув с вызывающей фамильярностью. Я вцепилась в руку жениха так сильно, что ногти впились в его кожу.
– Ты его не любишь? – прошептала я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
– И у него есть для этого веские причины, – ответил за Ричарда Муруталь, и его голос прозвучал как приговор. – Ваш жених ранее сталкивался с Тимсом по работе.
Я не стала расспрашивать. Возможно, ответ мне не понравится. Меньше знаешь, крепче спишь.
