– Хочу кое-что проверить. Кэнта сможет помочь?
– Помочь? Ты имеешь в виду на похоронах? – Маё посмотрела на Кэнту, сидевшего напротив. Он ответил ей взглядом.
– Не в этом дело. Я спрашиваю, будет ли он участвовать в раскрытии преступления.
– А, ты вот о чем… – Маё повернулась к окну. – Об этом мы не говорили. Он устал и сразу уснул.
– Ладно… Так что собираетесь делать? В зависимости от этого посмотрим, как сегодня действовать. Давайте, определяйтесь. Мне все равно, как решите.
– Я не очень хочу его в это втягивать.
– Понял. Буду исходить из этого. Он там рядом?
– Да.
– Он слышал наш разговор и наверняка подумал, что речь шла о нем. Спросит потом, в чем дело… Если ответишь неправильно, он забеспокоится.
Оговорившись таким образом, Такэси посоветовал, что сказать Кэнте. Совет был неожиданным, но простым и убедительным. Маё согласилась и повесила трубку.
– Это дядя? – спросил Кэнта.
– Точно.
– Мне показалось, что речь обо мне? Ты была немногословна, сказала, что не хочешь втягивать… О чем это вы?
Реакция Кэнты была точно такая, как предполагал Такэси.
– Нет, разговор шел не о тебе; дядя спрашивал только, стоит ли посоветоваться с тобой по одному вопросу.
– По какому?
После небольшой паузы Маё ответила:
– О наследстве. Что делать с имуществом отца.
Кэнта от неожиданности приоткрыл рот.
– Не такое уж это и имущество, но кое-что от отца осталось. Тут еще и отношения с другими родственниками, так что не все просто. Я хотела посоветоваться об этом с дядей, а он спросил, говорила ли я с тобой. Я ответила, что мы еще не женаты и я пока не хочу втягивать тебя в денежные дела.
– Вот о чем речь! Это и правда дело тонкое… – Кэнта неловко улыбнулся. – Было бы странно, если б я стал раздавать советы по финансовым делам твоей семьи.
– Вот и хватит об этом. – Маё взглянула на наручные часы. – Давай уже поедем.
Кивнув, Кэнта взял счет и встал из-за стола. Слова невесты не вызвали у него сомнения. Совет Такэси оказался уместен. Маё не изменила мнения об ужасных человеческих качествах дяди, но в очередной раз не могла не поразиться его находчивости.
Когда они вернулись в траурный зал, служащие похоронной компании уже были на месте и занимались подготовкой. Увидев Маё и Кэнту, Ноги подошел к ним, поздоровался и рассказал о программе на сегодня. Собственно, все должно было происходить так же, как и накануне. Сегодня добавится только кремация, на ней должны были присутствовать только Маё, Такэси и Кэнта.
– И еще: ваш дядя только что позвонил и сказал, что снимать у стойки регистрации сегодня не нужно. Вы не против?
– Да, сегодня не будем, спасибо.
Список со смартфона Маэды удалось выкрасть еще вчера, и снимать сегодня не было нужды.
Вскоре появилась Момоко. Маё представила ей Кэнту, и она просияла.
– Маё рассказывала про вас. Такой повод… – Тут ее лицо погрустнело, и Момоко прикрыла рот ладонью. Наверное, она думала их поздравить.
– Ничего страшного, – Маё улыбнулась, – можешь поздравлять.
Момоко смущенно наморщила лоб, повернулась к Кэнте и сказала:
– Долгих лет счастливой жизни!
Кэнта ответил словами благодарности.
– Момоко, прости, но я попрошу тебя сегодня опять помочь с регистрацией.
– Все в порядке. Я все равно ничем больше помочь не могу.
– Интересно, придет ли сегодня еще кто-нибудь из одноклассников? Кугимия вроде приехал…
– Я написала Кокорике. Она ответила, что Кацуки собирался приехать, если получится.
– Кацуки? Это про Кугимию? Она его так называет?
– Вроде бы. Хочет показать, что для Кугимии она имеет особое значение. Но с другими, говорят, она строга… – Оглянувшись по сторонам, Момоко придвинулась поближе и продолжила: – Ты слышала, что Касиваги с друзьями собираются возродить город своим проектом «Л.В.М.»?
– Харагути мне говорил. По его словам, переговоры с Кугимией можно вести только через Кокорику.
– Точно. А она требует, чтобы Касиваги и его друзья звали Кугимию «сэнсэем».
– Ты серьезно?
– Она говорит, что раз речь идет о работе, надо это четко соблюдать.
– Какая чушь! И что, все соглашаются?
– Похоже, что при ней соглашаются. Даже Касиваги сказал, что ради интересов города можно на это пойти. У предпринимателя свое отношение.
– Вот это да!
Это заставило Маё задуматься, как по-разному живут ее одноклассники. Она остро почувствовала, что в этом маленьком городке каждый из них ведет свою борьбу.
Когда они втроем подошли к стойке регистрации, Ноги протянул им пачку телеграмм с соболезнованиями. Их было не меньше двадцати. Больше половины из них от родственников, почти все остальные – от незнакомых людей. Но судя по тому, что в тексте постоянно попадалось слово «сэнсэй», можно было догадаться, что их прислали бывшие ученики.
– Твоим отцом по-настоящему восхищались. Я вряд ли подумал бы отправить телеграмму, узнав о смерти школьного учителя, – сказал Кэнта убежденно.
– Все говорят, что Камио-сэнсэй был особенным, – голос Момоко зазвучал твердо, – и к тому же скоро встреча выпускников, но, если б умер какой-то другой учитель, на похороны не пришло бы столько наших одноклассников.
– Понимаю, – сказал Кэнта с чувством. – Вижу, что это действительно так.
