— Вчера вы предстали перед этим судом и обвинили У Фэна в том, что он убил вашего отца. Я провел тщательное расследование и получил свидетельства, которые позволили мне арестовать У. Но остается немало моментов, которые требуется прояснить. Сейчас я заслушаю обвиняемого, а вы будьте внимательны. Если вы сможете предоставить дополнительную информацию, прошу немедленно ее сообщить.
Судья Ди заполнил бланк для надзирателя тюрьмы. Вскоре двое стражников ввели У в зал суда. Когда тот приблизился к помосту, судья заметил, что он выглядит совершенно спокойным.
У опустился на колени и почтительно ждал, пока судья к нему обратится.
— Назовите свое имя и профессию! — произнес судья.
— Ничтожная личность перед вами зовется У Фэн, — отвечал У. — По должности я младший кандидат, а по призванию — художник.
— Вы обвиняетесь в убийстве генерала Дин Хуго, — строго сказал судья. — Говорите правду!
— Ваша честь, я категорически отрицаю это обвинение, — невозмутимо сказал У. — Мне известно имя жертвы, и я знаю о преступлении, за которое он был отстранен от воинской службы, поскольку часто слышал от своего отца о его постыдном поведении. Но прошу отметить, что я никогда не встречался с генералом. Я даже не знал, что он живет в Ланьфане, до той поры, пока его сын не начал распускать обо мне порочащие слухи. Я совершенно не обращал на эти слухи внимания, поскольку они были настолько смехотворными, что мне казалось ненужным их опровергать.
— В таком случае, — сухо спросил судья Ди, — почему же генерал так вас боялся? Почему и днем и ночью его ворота были закрыты, а сам он постоянно запирался в своей библиотеке? А если вы не замышляли убить генерала, почему вы нанимали бандитов шпионить за его домом?
— Что касается двух первых вопросов вашей чести, — ответил У, — то они имеют отношение исключительно к семейным делам Дина. Поскольку мне они совершенно неизвестны, я не могу ничего сказать по этому поводу. По последнему же обвинению я отказываюсь признать, что когда-либо нанимал кого-либо шпионить за семьей Дина. Я требую, чтобы мой обвинитель привел одного из тех людей, которых я якобы нанимал, и устроил мне с ним очную ставку.
— Не будьте столь самоуверенны, молодой человек! — строго сказал судья. — Я уже выявил одного из этих бандитов. В положенное время у вас будет с ним очная ставка.
У сердито вскричал:
— Этот мерзавец Дин подкупил его, чтобы он дал ложные показания!
Увидев, что У наконец вышел из себя, судья Ди решил, что настал подходящий момент огорошить обвиняемого еще одним неожиданным заявлением.
Он наклонился вперед и резко произнес:
— Я, судья, скажу вам, почему вы ненавидели семью Динов! И причина тому — не вражда между вашим отцом и генералом. Нет, у вас имелись на то личные мотивы. Взгляните на эту женщину!
С этими словами судья достал из рукава вырезанный из картины У фрагмент, на котором была изображена только голова богини Гуаньинь.
Вручая ее начальнику стражи Фану, чтобы тот передал ее У, судья Ди не спускал глаз с обвиняемого и кандидата Дина. Он обратил внимание, что как только он упомянул о замешанной в это дело женщине, оба молодых человека побледнели. Глаза Дина расширились от внезапного ужаса.
Внезапно сбоку от судьи раздался сдавленный крик.
Начальник стражи Фан стоял, не спуская с рисунка глаз. Лицо его стало пепельно-серым. Казалось, что он увидел привидение.
— Ваша честь! — воскликнул он. — Это же моя старшая дочь, Белая Орхидея!
От столь неожиданного заявления по толпе пробежал шепоток.
— Тихо! — громовым голосом крикнул судья.
Он не показал собственного удивления, а спокойно произнес:
— Начальник стражи, передайте этот рисунок обвиняемому.
Судья Ди успел заметить, что У был сильно смущен заявлением Фана, а кандидат Дин явно почувствовал облегчение. Он глубоко вздохнул, и краска вернулась на его щеки.
У не отрываясь смотрел на рисунок.
— Рассказывайте! — рявкнул судья. — Какие у вас отношения с этой девушкой?
У был мертвенно бледен, но твердым голосом заявил:
— Я отказываюсь отвечать.
Судья откинулся на спинку стула и холодно сказал:
— Видимо, обвиняемый забыл, что он находится в суде. Я приказываю отвечать на мой вопрос!
— Можете запытать меня до смерти, — прозвучал звонкий голос У, — но вам никогда не удастся заставить меня ответить на этот вопрос.
Судья Ди вздохнул и сказал:
— Вы виновны в неуважении к суду!
По знаку судьи два стражника сорвали с У платье. Двое других скрутили ему руки за спиной и поднимали их вверх, пока он лбом не коснулся пола. После этого они выжидающе посмотрели на Фана, стоящего с тяжелым кнутом в руке.
Начальник стражи взглянул на судью с выражением муки на лице. Судья Ди все понял. Фан был человеком порядочным. Он боялся, что в состоянии гнева запорет У до смерти. Судья указал на коренастого стражника.
Тот взял кнут у десятника, поднял свою мускулистую руку и резко опустил ремень на голую спину У.
У застонал, когда на его спине начали вздуваться рубец за рубцом. После десятого удара кровь заструилась по его исполосованной спине. Но он и знака не подал, что готов заговорить.
