Вдохновленная ободряющими словами, Лейси вновь почувствовала решимость, и остальную часть пути она держала голову высоко поднятой, пока они шли вдоль главной улицы, раздавая объявления. Некоторые люди были открыты и готовы помочь, другие – нет, но Лейси не позволяла их отношению расстроить себя. Том будто надел на нее пуленепробиваемый жилет, и она могла отражать все выпады в свой адрес. Кроме того, скоро она осуществит мечту – проведет собственный аукцион! И это была не только ее мечта, но и мечта ее отца! Она вот-вот добьется чего-то ради них обоих, несмотря на сложности и препятствия, возникшие на ее пути. Этим можно было гордиться.
Они дошли до гостиницы «Коуч Хаус» в конце главной улицы и зашли внутрь. Там было очень тихо. Барменша Бренда с детским лицом выглядела так, будто ей было до смерти скучно работать в такую рань, когда в баре не было никого, кроме привычного спящего пьяницы у стойки.
– Доброе утро, – сказала Лейси, подходя к бару.
Бренда одарила ее скептическим взглядом. Но она и без того всегда выглядела настороженной. По всей видимости, работая в баре она привыкла быть бдительной со всеми.
– Да?
Лейси полезла в сумку за объявлением.
– Мы хотели узнать, не повесишь ли ты это? – спросила она, разворачивая объявление, чтобы показать Бренде.
Девушка безразлично пожала плечами, даже не глядя на него. Она жестом указала на стену, обвешенную плакатами.
– Пожалуйста, – вежливо сказала она, громко чавкая жвачкой. – Можете снять все, что устарело.
Лейси и Том обменялись удивленными взглядами, а затем пошли к обклеенной плакатами стене. Ее объявление явно затерялось бы среди них.
Пока она просматривала старые объявления, которые можно было снять, внимание Лейси привлекла одна надпись. Слова «АРСЕНАЛ против ВУЛВЕРХЭМПТОНА» были зачеркнуты черным маркером. Снизу кто-то дописал: «Отменено! Бар закрыт! Приносим извинения в связи с неудобствами!»
– Том! – воскликнула Лейси, сорвав плакат со стены и показывая ему. – Смотри!
Пока Том изучал надпись, ее сердце выскакивало из груди. Когда до него дошло, он посмотрел на нее, вытаращив глаза.
– Не могу поверить. Бар был закрыт…
– …в то время, когда в мой магазин вломились, – она активно закивала.
– Но Бренда была свидетелем и обеспечила алиби…
– … Бену и Генри! Именно!
Они смотрели друг другу в глаза, осмысливая новую информацию. Если Бен и Генри не были в баре, как заявила Бренда, в тот вечер, когда в магазин вломились, они вновь становились подозреваемыми, и оставался проблеск надежды, что Найджел – не тот, кого они ищут!
– Давай спросим Бренду, – сказал Том. – И узнаем, что к чему.
Казалось, его раззадорила зацепка, и он помчался к бару. Бренда в тот момент лениво смахивала со столов крошки сухой тряпкой.
– Бренда, а что это за объявление о закрытии бара на день? – спросила Лейси, показывая ей плакат.
– Это было на прошлой неделе, – сказала барменша с ноткой раздражительности. – Можешь выбросить.
– Но что случилось? – настаивала Лейси. – Почему бар был закрыт? Почему вы не показывали игру?
Бренда нахмурилась.
– Из-за неисправного пивного насоса затопило подвал, и все были заняты устранением последствий, – ее тон был оборонительным, будто ее в чем-то обвиняли. – А что?
– А то, что суперинтендант Тернер сказал, что вы дали свидетельские показания касательно двух мужчин в тот день, – сказал Том.
– Что? Я даже не видела суперинтенданта Тернера. Ему даже не позволено находиться здесь.
Лейси выпучила глаза от удивления.
– Простите, что? Почему?
– Его уволили. Преступник сломал ему обе ноги, и он превратился в одного из этих, – она показала на спящего пьяницу на барной стойке. – Но он взял себя в руки, прошел курс терапии от ПТСР и вернулся. В наилучшей форме.
«В наилучшей форме» было слишком громко сказано, но Лейси была рада узнать, что человек победил своих демонов. Теперь она немного больше ему сочувствовала, когда понимала, через что он прошел. Конечно, это не давало ему право разбивать ее колокольчик или портить объявление, но объясняло, почему он так легко выходил из себя.
«Никогда на самом деле не знаешь, через что прошел человек», – напомнила Лейси себе.
– Так никто не приходил и не брал у вас показаний о двух мужчинах, которые были в баре в тот день? – спросил Том.
Бренда потуже затянула большой хвост светлых волос на голове, стараясь придать ему даже более небрежный вид. Такой стиль был очень популярен среди британской молодежи, хоть Лейси и не понимала этого.
– Как я и сказала. Бар был закрыт. Думаю, игру также показывали в «У Кэрол», так что, возможно, их видели там. Но я их точно не видела. Я ползала на коленях в подвале, утопая в пиве.
Том и Лейси переглянулись. Подозрения подтвердились, из первых рук. У Бенджамина и Генри не было алиби на момент взлома. Любой из них мог вторгнуться в магазин. Братья снова были под подозрением.
Они вышли из бара, потрясенные тем, что узнали.
– Суперинтендант Тернер соврал мне, – сказала Лейси, когда они вышли на мощеный тротуар перед гостиницей.
Море сегодня было темно-серым, в обед похолодало.
Том не выглядел удивленным обвинением Лейси.
