– Знаете, это плохая идея. Мы поручили это вам из-за вашей чарующей красноречивости и умения убеждать. А я изгой в городе. Если люди увидят, что я разношу объявления, то сразу же откажутся их развешивать.
По этой же причине они не стали указывать на плакатах имя Лейси, решив рекламировать аукцион под именем Перси Джонсона под слоганом «Лучший антиквар Мейфера в вашем городе!»
– Чем меньше будет известно о моей причастности, тем лучше, – закончила Лейси.
– Возьми Тома, – сказала Джина весьма прямолинейно. – У него тоже хорошая репутация в городе. На самом деле даже лучше чем у меня, ведь он красавчик.
Лейси зарделась. Джина так открыто пыталась свести их, что Лейси чувствовала себя подростком, которому кто-то из родственников пытается найти пару.
– Том очень занят, – сказала Лейси.
– Сегодня Пол на смене, – быстро ответил Том, указав через окно на молодого стажера, которого он волей случая нанял. – Он может меня подменить.
Лейси очень хорошо знала, что Том допустил Пола к работе, только когда планировал переделать витрину. Видимо, помочь ей было для него важнее его знаменитых картин из макарон. Эта мысль радовала ее.
– Кроме того, я ушибла щиколотку, – продолжила Джина, притворившись, что растирает ногу.
– Ладно, ладно! – поддалась Лейси.
Ей надоели упрашивания и плохая игра Джины. Она и правда хотела провести время с Томом. Но сегодня ей не хотелось выслушивать оскорбления от местных жителей. Перепалка с Тарин и Китом оставила неприятное послевкусие, и она не была уверена, сколько горечи еще сможет вынести.
Она взяла у Джины сумку с плакатами, украдкой бросив ей при этом взгляд, говоривший «я знаю, что ты делаешь», что заставило Джину широко улыбнуться, и вышла на главную улицу вместе с Томом.
Они заходили только в те магазины, владельцы которых не проявляли открытой враждебности по отношению у Лейси, и она была удивлена, что люди все еще интересовались аукционом, несмотря на ее явное участие. «Том оказывает успокаивающее влияние на всех, с кем общается», – подумала Лейси.
Они зашли в магазин детских игрушек. Женщина за прилавком – тучная женщина тридцати с лишним лет, от которой веяло приветливой учительской аурой, – была достаточно мила с Лейси, когда та только приехала в Уилдфордшир, хотя их пути не пересекались после смерти Айрис. Однако при виде Лейси ее воодушевляющая улыбка сменилась обеспокоенной гримасой.
– Ох, – сказала она, а затем одернула себя. – То есть здравствуйте!
Лейси почувствовала, как ее желудок сжался. Женщина не была настроена враждебно, она боялась Лейси. Это было ужасное чувство. Лейси на самом деле предпочла бы агрессивность работника кофейного магазина этой дрожи от испуга. Она знала, как управиться со школьными хулиганами, но не знала, что делать, когда ее считают одним из них.
Том вручил продавщице объявление, широко улыбаясь.
– Привет, Джейн. Не могла бы ты вывесить это объявление на своем окне? Это первый аукцион антиквариата в Уилдфордшире, и все приглашены.
Джейн робко перевела взгляд на Лейси.
– Ты организатор?
– Он будет проходить у меня в магазине, да, – сказала Лейси слегка уклончиво.
Перси, лучший антиквар Мейфера, будет присутствовать на аукционе, но проведет его она.
– Я подумаю, – ответила Джейн, беря объявление.
– Все их развесили, – добавил Том. – Ничего страшного в этом нет.
Джейн, казалось, напряглась еще больше.
– Обычно я не развешиваю объявления на окнах…
Это была ложь. Когда Лейси приехала в город, она заметила, что на окне до сих пор висело объявление о прошлогодней летней ярмарке.
Том собирался что-то сказать, но Лейси положила свою ладонь ему на предплечье и тихо сказала:
– Давай, пошли.
Он послушался. Лейси на секунду обернулась перед выходом и увидела, как Джейн выбросила объявление в мусорную корзину.
– Это была плохая идея, – сказала она, чувствуя тяжесть разочарования.
– Вовсе нет, – сказал Том. – Мы донесли информацию. Ты переживаешь из-за Джейн?
– Она была напугана, – вздохнула Лейси. – Она боялась меня. Это ужасное чувство.
Том замолчал и взял ее за плечи, и она почувствовала тепло его ладоней.
– Джейн всего боится. Пауков. Мотыльков. Фейерверков. Сандалий с открытыми носками…
Лейси рассмеялась.
– Думаешь, я шучу? – сказал Том, улыбаясь во весь рот. – Поверь мне. Однажды я зашел туда с голыми пальцами ног, и она чуть сознание не потеряла. Я к тому, что то, как люди тебя воспринимают, на самом деле не имеет ни малейшего отношения к тебе, это лишь характеризует их самих. Некоторые люди видят мир очень искаженно.
Он пожал плечами.
– Что ж, – сказала Лейси. – Это весьма неплохой совет. Хотя сандалии с открытым носком – это преступление против моды для мужчин. Ты же знаешь это, верно?
Том засмеялся.
