Потом добавила совсем тихо:
– Я тоже глупая… спросила в прошлом месяце у него совета…
– По волшебству? – понимающе уточнил Скай.
Она помотала головой:
– Нет, из-за имени… Я не знаю, какое имя взять, когда я стану настоящей волшебницей? Роза, Рона или Лина? Всего четыре буквы! Вот тебе какое нравится?
Скай выбрал Розу – красиво и идет девочке, которая явно любит красное: плащ, ленты на рогах тсарлака, вышивка на платье и красные мелкие кораллы ожерелья.
– Мне тоже нравится Роза! И Рона нравится! А Рорту нравится Лина, а я хочу его порадовать! – На лице девочки отразилась искренняя озабоченность: как бы так и воспитателя не расстроить и имя выбрать на свой вкус?
Подошел Ник, с почтительным поклоном протянул «господину волшебнику» тетрадь. Розалинда с благоговением уставилась на нее, будто там содержались все тайны мироздания или, по крайней мере, ответ на вопрос, какое же имя выбрать одной юной волшебнице.
Скай поднялся наконец с мягких уютных подушек и в сопровождении Ника, Розалинды и Рорта отправился обратно к склону горы Хадан. За процессией последовала Фрин с помощницей, а чуть позже к компании присоединился и Белл.
Скай тщательно зарисовал и саму гору, и то место, откуда предположительно являлся Подземный Страж, и окрестности – на всякий случай. Розалинда терпеливо ждала, пока он закончит каждый из рисунков, и только потом спрашивала: «А можно посмотреть?» Остальные тоже заглядывали в тетрадь, одобрительно кивали и отходили. Скай полагал, что одобрение объяснялось вежливостью и благодушной сытостью, ведь сносно рисовать карандашом умел каждый выпускник Академии.
Закончив, Скай передал тетрадь Нику и потер ладони, собирая силу для чар Особого зрения. Надо на всякий случай проверить, что тут к чему. Понятное дело, что волшебники Гарт де Монта да редкие гости вроде Крея рассмотрели тут все вдоль и поперек. Но не годится пренебрегать техникой безопасности, правилами хорошего исследователя и собственным любопытством, наконец!
Волшебник провел ладонями по лицу, словно умываясь, и мир поменял цвет. На оранжевом фоне слабо светились зеленью следы Снежной мари, проползшей здесь слишком давно, чтобы пугаться, и слишком недавно, чтобы иметь отношение к событиям многовековой давности. Тут и там виднелись зеленые следы нечисти, но все очень слабые и сравнительно несвежие. Светились золотом защитные амулеты на волшебниках и их тсарлаках. В общем, ничего интересного.
После проверки Скай взялся расспрашивать спутников обо всем, что им известно относительно явления Стража, этой горы, местных легенд и загадочных случаях, связанных с горами и горными обитателями, не являющимися людьми. Ему рассказали примерно полтора десятка историй, из которых три или четыре наверняка привели бы в восторг исследователя, заинтересованного в изучении приграничного фольклора. Во всяком случае, Скай никогда не слышал и не читал ни историй о девушках с клювами, заманивающих в свои логова юношей и мужчин и разбивающих им черепа, ни легенд о безголовых похитителях детей, способных становиться то свиньей, то крысой, то целым домом. Хотя, признаться, не искал специально. Но особенно его впечатлила история о сложных взаимоотношениях одного легендарного героя и его супруги, а также их многочисленных родственников, с элементами поедания детей, племянников и внуков.
Рейнард ожидаемо в общей беседе участия не принял, зато остальные остались вполне довольны вылазкой к горе. Даже сам Скай на некоторое время отвлекся от мыслей о задании и даже забыл о том, что в замке их ждет труп. Точнее не сам труп, а разбирательство, связанное с его появлением. Интересно, что успел разузнать Пит, пока их не было?
Быков, привезших подушки, покрывала, котелки и прочий скарб, снова нагрузили. Слуги живо потушили костры, проверили ездовых тсарлаков – и не прошло и четверти свечки, как все вновь уселись в седла. Скаю снова поднесли скамейку со ступенькой, и он пообещал себе, что в следующий раз точно взберется в седло сам. А пока чуть-чуть попотакает нежеланию лишний раз напрягаться после сытного обеда и в ожидании неудобств. Волшебник сумел почти сразу удобно устроиться в седле, но он помнил, что это обманчивое чувство, так что по возвращении в замок наверняка снова все будет нещадно болеть. Но прямо сейчас можно не думать об этом, а с интересом смотреть по сторонам. Разглядывать огромные красные разводы на стенах ущелья – выход какой-то горной породы, а не «следы Подземного Стража», конечно же. Любоваться причудливо изогнутыми редкими деревцами. Вдыхать свежий холодный воздух: тут даже пахнет иначе, чем в городах и вообще внизу. Здесь с каждым вдохом чуть кружилась голова, зато сам воздух казался свежее и слаще.
