История уже началась: первое попадание, первый мир, первый Поступок, первое предательство… всё это уже случилось. Но что же дальше? Ведь бессмертный герой продолжает жить, что бы вокруг не происходило: поднимались и падали империи, рождались и умирали люди, миры проваливались в огненную бездну — Он всё равно будет жить и идти дальше, сам становясь Легендой.
Разговор с отцом немного прочистил голову. Стало полегче на душе, но настроение все одно оставалось питейным.
Ведь Сол ни к чему не принуждал меня. Даже не просил. И ни одним словом не врал. Я все делал по собственной воле и собственному желанию. Да и ни один случай из названных отцом шести к моей ситуации не подходил.
Ведь земля была не моя.
Жены и детей моих никто не уводил.
Оружие, с которым нападал через своих аватар Солос, смертельным для меня не было.
Да и убить он меня не хотел.
Тем более отравить.
Вообще, вспоминать себя, таким, какой я был в ту минуту было мучительно стыдно и противно от самого себя.
Да и дело даже не в убийстве. Просто я влез не в свое дело. Туда, куда не просили. И из-за своей неуместной инициативности, чуть не погубил целый мир. Можно конечно кричать: «Я не знал! Меня обманули! Меня использовали!». Но это будут только отговорки. Факт останется фактом — решил поиграть в героя. Поиграл — получай весь комплект герою сопутствующих прелестей: предательство, обман, стыд, муки совести.
На душе оставалось муторно и хмуро. Так что следующим утром я снова натягивал камуфляж с берцами. Прихватил с собой нож Дара, бросил в рюкзачок (черная рокерская торба с рисунком оскаленной морды волка на ней и затягивающимся простой веревкой горловиной) бутылку воды и пяток бутербродов.
Отец в этот день был на работе, так что пошел гулять я один. Подумав немного, снял с портупеи и бросил на кровать мобильник — говорить ни с кем не хотелось.
Доехал до знакомой остановки на пригородном автобусе и потопал по песчанной тропинке в лес. Мерный шаг, удобная палка в руке, весеннее небо над головой, приятный шелест листьев и свист ветерка в сосновых иголках, все это мало по малу отгоняло в сторону тяжелые мысли, оставляя только размеренные шаги и лес. Насыщенный кислородом воздух прочищал и дурманил голову, принося легкое чувство эйфории и уверенности в своих силах. Песчанная тропинка быстро закончилась. Точнее, я просто свернул с нее прямо в лес. В этих местах он светлый, высокий и не заглушенный — ходить легко. Тысячи грибников каждый год пробивают тут пути, ломая ногами валежник вытаптывая расползающиеся заросли еживики и бурьяна. Одно удовольствие по мягкому мху прогуляться куда глаза глядят.
Лес. Сколько себя помню, самые светлые моменты в жизни с ним связаны были. Никогда он и тени страха не вызывал. Только радость и уверенность, что все тлен, все пройдет, а лес останется. Свобода. Свобода ото всего и ото всех.
Шаг за шагом знакомые места оставались за спиной. Годы в железном зале не прошли даром: шаг стал гораздо более спорым и легким, тело гибким и ловким, выносливость вообще взлетела до небес…
Вот и крайняя точка обычного нашего с отцом маршрута. И раздумья.
Я дошел сюда, в неспешном, расслабленном темпе, меньше чем за полтора часа. Обычно тут мы делали привал, легкий перекус и поворачивали назад (когда выбирали именно этот путь, так то мы ходили разными маршрутами). А сейчас я уже здесь, а сил и времени еще запас даже и не начат толком. Даже есть еще не хочется.
Я присел у красивого лесного озера, минут десять полюбовался им, а потом решительно встал и двинулся дальше — туда, где еще раньше не был.
Лес. Он менялся не сильно. Точнее не быстро. Плавный переход от светлого соснового лесопарка к темному, влажному, заглушенному лиственному. Болота стали встречаться чаще, а тропинок и проходов между ними становилсь все меньше. Однако, все это не делало его менее привлекательным и красивым. Лес, какой бы он ни был, прекрасен. И душе он дарит лишь легкость и успокоение. А это именно то, за чем я к нему сегодня и пришел.
Лес дарит свободу. Я повторяюсь, но это именно то, что чувствовал и желал в тот момент. Свободы… от самого себя, от своих мыслей.
А тропинка тем временем становилась все менее хоженной и наконец вовсе закончилась. Я пролез через густой кустарник и пораженно остановился.
Такой красоты я раньше и представить не смог бы.
Я стоял на краю высокого скалистого обрыва. И если говорю, что высокого, то имею в виду, что он ни как не меньше полукилометра! Таких в нашей области, находящейся в Центральном Черноземье, по определению быть не могло.
Подо мной и передо мной расстилалось огромное озеро, дальний край которого упирался в горизонт. Но именно озеро, поскольку, там, где терялась из виду водная гладь, вздымались в высь горные пики, зеленые от устилающего их леса. Легкая дымка, солнце, разбивающееся искрами на не спокойной водной поверхности, зеленые берега, темные камни… и парящие в небе драконы…
Я стоял и смотрел. Возможно прошло уже минут двадцать, а я все смотрел и не мог насмотреться. Картина завораживала. Затягивала и пригвождала к месту одновременно. Хотелось смотреть на нее еще и еще. Ловлю себя на том, что даже дышать временами забывал под налетающим свежим, пахнущим водой, ветерком.
Но прошли десять минут, двадцать, полчаса. Картина не менялась. И я вздохнул, сбрасывая наваждение.
