— Я в порядке. Где Шинед?
Он кивнул в сторону главного ряда.
— Туда.
Я шла в ногу с Ариком по проходу, мои глаза блуждали по ряду кроватей.
Лица больных поразили меня, когда я проходила мимо каждого из них. Фейри с язвами вокруг рта, натянув одеяло до подбородка, уставилась в высокий потолок. Человек-птица, тяжело дыша, лишенный перьев до такой степени, что он облысел, бормотал что-то похожее на молитву. Целитель натянула простыню на лицо Ланиара. Я видела его лишь мельком, но кровь из язв текла по подбородку, а темные глаза остекленели и стали безжизненными.
Каждое лицо откусывало кусочек моей души. Льняная маска втягивалась и выдыхала вместе с моим заикающимся дыханием. Я, шатаясь, шла рядом с Ариком на онемевших ногах.
Кто-то должен был что-то сделать, чтобы спасти их всех.
В конце ряда Афтон сидела на табурете возле одной из кроватей. Она закрыла лицо ребенка под одеялом. Я двинулась вдоль ряда в ее сторону.
Стук сапог Арика по полу последовал за мной.
— Куда это ты собрался?
— Афтон? — я подошла к ней.
Она повернулась на табурете, чтобы посмотреть на меня. Льняная маска закрывала ее нос и рот, на руках были хирургические перчатки, а волосы были заплетены в косы. Прямо за ее плечом я увидела лицо мальчика.
Даг.
Я отшатнулась, и моя рука взлетела ко рту.
Афтон вскочила на ноги, загораживая мальчику обзор.
— Не пугай его, — прошептала она.
— С ним все будет в порядке? — прошептала я в ответ.
Она не ответила… слезы, выступившие у нее на глазах, сказали мне все. Может быть, и нет.
Я взяла себя в руки и заставила улыбнуться под маской, прежде чем подойти к кровати. В уголке его рта появилась язва. Его почти черные волосы прилипли к потному лбу. Я протянула руку, чтобы смахнуть прядь, но Афтон поймала мою руку своей перчаткой.
— Не трогай его, — сказала она. — Ты можешь заразиться.
Я опустила руки и склонилась над ним.
— Привет, Даг, — сказала я.
Его глаза затрепетали и открылись.
— Почему я не могу быть с Пейтон и Ноксом? — Его голос был скрипучим и тихим, его слова разрывали мое сердце на части, как неправильная нота.
Я колебалась, не зная, как ответить ему, не желая лгать.
— Когда тебе станет лучше, ты сможешь их увидеть, — ответила за меня Афтон.
— Мне надо идти, — сказала я. — Но я вернусь позже, хорошо? Есть что-нибудь, что ты хочешь?
— У них здесь есть мороженое?
— Я посмотрю. — Я в последний раз улыбнулась ему, прежде чем вернуться к Арику.
Казалось, будто весь мир рухнул на меня, тяжесть его была невыносимой, удушающей.
— Отведи меня к Шинед, — сказала я, пытаясь успокоиться.
Арик провел меня по проходу, поднялся на два лестничных пролета и остановился у стеклянной перегородки. Дверь открыла стройная девушка с глазами лани и такими блестящими волосами, что они казались переливчатым масляным пятном. Пирсинг из драгоценных камней, обрамлявший ее заостренные уши, сверкал на свету.
— Мы здесь, чтобы увидеть пациента, — сказал Арик.
Девушка кивнула, открыла дверь и закрыла ее за нами. Мы остановились у другой перегородки и подождали, пока она нас пропустит. В этой части лазарета вдоль стен стояли шесть кроватей, но пользовались только одной. Коконообразный аппарат, сделанный из стекла, скрывал Шинед. Она выглядела умиротворенной во сне. Мои эмоции все еще были такими острыми от вида всех больных людей, от вида бедного маленького Дага, что я почти не заметила, как новые слезы жгли глаза.
Я положила дрожащую руку на барьер, отчаянно желая обнять ее.
— Она с кем-нибудь разговаривала?
Арик скрестил руки на груди и покачал головой.
— Нет. Она была без сознания, когда мы нашли ее в сарае. Она в магическом сне. Целители сделали для нее все, что могли. Теперь ей предстоит сделать все остальное самой.
Я отвернулась и вытерла слезы, которые теперь падали с ресниц.
— Как же нам вытащить ее оттуда?
— Мы не можем, — он опустил голову, как будто боялся, что я увижу что-то в его глазах.
— Что ты от меня скрываешь?
— Ничего страшного.
— Я знаю тебя лучше многих. Мы — боевые партнеры. Скажи мне. — Я вытерла слезы, все еще остававшиеся на веках. — Скажи мне, Арик.
Его лицо поднялось, он посмотрела мне в глаза.
— Когда Шинед вышла замуж за Каррига, их жизни стали неразрывно связаны. Она не может жить без него, но он может жить и без нее. Поскольку она не умерла и находится в таком состоянии, мы полагаем, что Карриг все еще жив.
Среди всей этой печали была серебряная нить.
— Значит, есть надежда, — сказала я, переводя взгляд на Шинед.
— Судя по состоянию Шинед, Карриг едва держится.
И мир снова рухнул. Я прислонилась лбом к стеклу и закрыла глаза.
Карриг сильный. С ним все будет в порядке. Он должен быть в порядке.
Я не могла развалиться на части. Карриг и остальные нуждались во мне. Я сделала несколько глубоких вдохов, затем медленно выдохнула и повернулась к нему лицом.
— Что же нам теперь делать?
— Возвращайся в Асил, — сказал он. — Не сразу. Тебе нужно немного отдохнуть.
Я кивнула, слишком уставшая, чтобы говорить.
