— Так и есть. И я положился на ее суждение.
Когда я улыбнулась ему, он ответил мне тем же.
— Арик обдумает то, что я ему сказала, понаблюдает за Советом и придет к собственному заключению. И он поймет, что мы все сейчас делаем. Совет Чародеев пытается избавиться от Мистиков.
— Какой у тебя план? — Широкая грудь Красного расширялась с каждым его вздохом. Ланиары напоминали борзых, но сам он был похож на человека, накачанного стероидами.
— Я послала Эмили с Ариком. Она передаст Кэдби записку от меня. Я сказала ему, что в следующую пятницу кто-то придет за Ройстоном, Эмили и за ним. — От пристального взгляда на огонь у меня слезились глаза, но я не могла поднять их. Я не хотела, чтобы кто-нибудь увидел в них страх. — Это дает мне три дня, чтобы собрать все необходимое для освобождения Тетрады.
— Хорошо, тогда что нам делать? — Нетерпеливая Лея также вернулась после того, как заколдованная татуировка была удалена.
— Бастьен пойдет со мной. Демос останется с Карригом. Яран и Лея вернутся в Асил с тщательно продуманной историей о похищении и побеге или чем-то в этом роде. Оказавшись там, займитесь обычной рутиной. Убедись, что Кэдби, Ройстон и Эмили готовы. В пятницу в два часа ночи Красный и его банда будут прыгать через врата библиотеки одновременно, в разные места. Вся эта активность повергнет наблюдателей в неистовство.
Яран сел и кивнул.
— Я понял. Вот тогда мы с Леей прыгнем вместе с Кэдби и остальными. Мистики Красного скроют наш уход. Гениальный план.
— Одна проблема. — Лея выглядела сомневающейся, что это вообще было блестяще. — А как же Арик?
Я не забыла о нем. При мысли о том, что я попрошу их сделать, у меня скрутило живот. Смогу ли я это сделать, если меня попросят? Нет. Как я могла ожидать от них этого?
— Избегайте его. Но если он попытается остановить вас… — мои эмоции остановили меня, и я откашлялась, не желая продолжать.
О, Арик. Как до этого дошло?
Глава 13
Взгляды Леи и Ярана нервировали меня, и я опустила голову.
Слова, застрявшие у меня на языке, отдавали ядом. Я хотела выплюнуть их, но не могла. Арик был одним из нас. Или, что еще важнее, он был таким же, как они — я была чужаком. Он был их лидером, и я просила их не подчиняться ему. Я любила его. Я все еще заботилась о нем. И теперь каждое воспоминание о нас сжимало мне сердце и мешало дышать. Предательство его Стражей уничтожит его самого.
Взгляд Леи впился в меня.
— Понимаю. Ты хочешь, чтобы мы его убили?
— Нет. Я не говорила…
— Я не причиню ему вреда, — отрезал Яран. — Мы найдем способ вывести его из этой ситуации. Если выбор дойдет до Арика или этой миссии, я выберу Арика.
На этот раз взгляд Бастьена впился в Ярана.
— Ты готов пожертвовать двумя мирами, полными невинных людей, ради одного Стража?
Он не назвал имени Арика. Это был его способ убрать интимность из своего вопроса.
— Если вы не сможете его увести, — мой голос дрожал, — постарайтесь убедить перейти на нашу сторону. Если нет, вы должны остановить его. Но сделай все возможное, чтобы не навредить ему.
Красный засмеялся и хлопнул себя по коленям.
— Вы все упускаете прекрасный способ отвлечь мальчика.
— У тебя есть идея получше? — Спросил Бастьен. — Тогда расскажи нам.
— Джиа, — сказал Красный. — Он любит ее. Я видел тоску и беспокойство в его глазах во время битвы в Брэнфорде. Скажи ему, что она в опасности, и он будет искать ее. Отправь его в погоню за диким гусем. Все очень просто.
Демос потер подбородок.
— Это сработает. Арик беспокоиться о Джии. — Он взглянул на Бастьена и произнес: — Не обижайся.
— Никто не обиделся. Тогда все готово. — Бастьен встал и разгладил рукой брюки. — Уже поздно, и я устал. Мы прошли через трудное время, добираясь сюда. — Его глаза стали красными. — Благодарю вас за гостеприимство. Палатки довольно удобные. — Бастьен откинул полог и вышел в темноту.
Что с тобой такое? Я была почти уверена, что он злился из-за того, что Красный и Демос говорили об Арике и его чувствах ко мне. Что меня просто взбесило.
Красный, затем Лея и Демос вышли из палатки.
Яран протянул мне руку.
— Пошли. Моя палатка рядом с твоей. Не хочешь прогуляться вместе?
— Это было бы здорово. — Я схватила его за руку, и он рывком поднял меня на ноги.
— Отлично. — Он подмигнул. — Нам еще многое предстоит наверстать.
После того, как я надела удобную хлопчатобумажную ночную рубашку, которую кто-то оставил на моей кровати, мы сели на толстый коврик в моей палатке, и я рассказала ему о нападении Вероник. То, как она и Стражи вместе с ней погибли. О том, как их боевые шары стали моими, и что я не могла контролировать, какой из них вызвала. Я закончила рассказ пребыванием в царстве Фейри. Та часть, где Арик обвинял меня в измене, а дядя Филип, возможно, предавал меня, вызвала у меня слезы на глазах. Я хотела рассказать Ярану все. Выгрузить все это, чтобы оно больше не тяготило меня.
И он слушал.
Он слушал так, как слушает только настоящий друг, сочувственно кивая и крепко сжимая мои руки.
А когда я закончила, он крепко обнял меня, и я прижалась щекой к его плечу, слезы капали с моих ресниц.
