Быстро поняв, что к чему, мечник сорвался с места и побежал вслед за лазутчиком. Тот нёсся по дороге словно скаковая лошадь, что заставило мечника использовать магическое усиление, чтобы начать его догонять. По привычке он потянулся к мечу, но его не было в ножнах, поэтому, слегка рассердившись, он влил ману в маску. Кристалл внутри клюва свиристели слегка засверкал. Тело начало помалу переставать слушаться его, но он прекрасно знал, что так оно и должно быть.
Благодаря активации маски скорость его бега увеличилась за счёт лучшей техники движения, и вскоре он нагнал лазутчика. Сбив его с ног, мечник хотел было навалиться на него, но тот оказался не так прост и быстро свалил самого мечника с ног. Он отдал своё тело под управление маской, и между ними завязался рукопашный бой. Как бы это ни было странно, стили боя были идентичны, и мечник даже подумал, что случайно напал на владельца такой же маски, но голова лазутчика была грубо замотана в каком-то рванье, оставляя видимыми только сверкающие глаза с переносицей.
***
«Да чего он такой ловкий даже без меча?!» — паниковал Кади, пытаясь поразить преследовавшего его мечника.
Он всего лишь хотел выяснить, что это там бумкнуло, но уклонившись от возникших из ниоткуда клинков, он раскрыл себя, что заметил контуженный маг, и начал палить по нему боевой магией. Стиль боя мечника был сродни с его, но был, как будто, слишком стандартизирован, что позволяло Кади потихоньку бить по слабым местам оппонента. Понимая, что его тело пострадало куда больше, мечник отпрыгнул от Каргаделя и крикнул:
— Что тут забыли убийцы бледных лун?! Вы обещали не оказывать поддержку империи!
«Убийцы бледных лун? О ком он?» — недоумевал Кади, меняя стойку.
— Молчишь. Ну, хорошо, посмотрим, что ты скажешь насчёт э…
Пока мечник был занят разговорами, Кади поменял свою стойку специально для одномоментного рывка и со всей дури на полной скорости вмазал мечнику прямо в клюв маски коленом, вбив последний внутрь. В свечении разбившегося кристалла, едва выступающего из полуоткрытого клюва, лицо мечника приняло всю мощь заброневого воздействия колена Каргаделя.
«Один-один, ублюдок, — восторжествовал про себя Каргадель, отправив противника в кратковременный полёт с последующим нокаутом. — А теперь посмотрим, кто ты под маской».
Вытряхнув из штанины сломанный коленный щиток, Кади осмотрелся по сторонам, и, не увидев ничего подозрительного, сделал шаг. Но только он сделал второй, краем глаза заметил небольшое свечение вдали на дороге. Он тут же припал к земле, и в следующий момент над его головой пронеслась тонкая полупрозрачная ледышка.
«Да сколько вас тут? Надо сматываться», — подумал Кади, ужиком ускользнув в ближайшие кусты.
Быстро выбравшись из леса, Кади затаился, так как не обнаружил Аргона на обозначенном месте. Но через двадцать минут над поляной возле леса пронеслась тень, и спустя несколько мгновений на крону одного из деревьев приземлился четырёхкрылый змий, который явно с интересом смотрел на Кади.
— Пошли домой, — сказал он, зазывая Аргона в сумку. — У меня сегодня есть ещё дела.
Совершив марш-бросок, Каргадель в скором времени оказался дома, выполнив по пути несколько крюков, чтобы запутать следы. Не то, чтобы это было необходимо, так как весь путь до столицы он не видел за собой хвоста, но решил всё же перестраховаться и несколько раз заходил в различные лавки и зашёл на свою часть по ничем не примечательному мосту.
Переходя через него, он внезапно вспомнил старое незаконченное дело — лежащий на дне КТТ. Один он явно не справится, поэтому, пораскинув мозгами и пронаблюдав за течением канала, он решил разобраться с этим немного позже.
Прибыв домой, он кинул сумку в гостиную, но та так и не упала на диван, повиснув на растопыренных щупальцах Аргона. Зевнув, Кади, присел на диван и задрал обе штанины, решив осмотреть щитки на коленях. Как он и предполагал, они были привязаны к большей берцовой кости и полностью защищали коленный сустав в передней проекции. Приложив немало сил, он сломал ножку щитка, после чего начал изучать сам щиток.
Почти невесомая плотная кость создавала впечатления своеобразной керамики, но попытки сломать щиток не увенчались для Кади успехом — для него легче было согнуть четырёхмиллиметровую сталь, нежели сломать свой щиток. Поняв, что ничего не получится, он спустился в мастерскую и попробовал просверлить щиток на сверлильном станке, и у него получилось. Посмотрев на щиток в разрезе, он сильно удивился — вся передняя часть щитка была по сути гомогенной костной пластиной толщиной около сантиметра.
Положив пластину на наковальню на тисках, он начал бить по ней с разной силой, анализируя повреждения после каждого удара. Трещина, что началась от свежего отверстия, появилась лишь после десятого удара, когда Кади прилагал большую часть своей силы. И только на четырнадцатый удар пластина разлетелась на осколки, засорив пол мастерской.
