— Очень плохо. Очень, — пробормотал Рокутус, после чего опять пошёл на прежнее место, по пути тихо насвистывая странную мелодию.
«Да что, мать твою, происходит?!» — спросил Кади пустоту, но никто не ответил — Пустота была занята.
Через минуту Рокутус всё же увидел некую даму, которая шла к нему, придерживая своё массивное платье на весу.
— Господин Рокутус, извините меня за задержку, бал всё никак не может остановиться.
— Ну, чего вы, миледи, — вежливо поклонившись, ответил он, — вы же прекрасно понимаете, что я буду ждать вас тут, даже если понадобится ждать сутки под свирепым ураганом.
— Ой, вы такой… Благодарю вас, но не думаю, что это будет здравой идеей.
Кади пристально оценивал подошедшую даму, которую Рокутус назвал Ундиной. Вполне миловидная девушка, которая знала, что надо подчеркнуть, а что спрятать для того, чтобы выглядеть куда красивее, чем есть на самом деле. Внимательность Каргаделя не упускала ни детали на одеянии или бижутерии. Красно-белое бальное платье, которое было украшено хрустальным и золотыми застёжками, блестящими в свете звёзд и надвигающегося рассвета, а на некоторых пальцах надеты несколько колец и перстень с камнем в форме странной длиннохвостой птицы.
— Скажите, Рокутус, вы ведь не лгали моему отцу о том, что имеете технологии, способные предопределять будущее? — вдруг напрямую спросила Ундина, пройдя за спину Рокутуса, но не уйдя из его поля зрения.
— Ох, Ундина. Эти знания висят на мне тяжким грузом, от которого я не смею освободиться.
На что та неровно вздохнула и посмотрела на багровый рассвет, который растворялся в тумане. Сильный порыв ветра прошёлся по всей зелени вокруг, поднимая в воздух обрывки лепестков отцветших растений.
— А среди них есть те, которые не предназначены для войны? — спросила она, наслаждаясь порывом ветра.
На что Рокутус повернулся к ней и встал рядом.
— Я бы сказал, что изначально почти все эти знания должны были верой и правдой служить мирным целям, но… Общество отравляет разумы, затуманивает, опускает до примитивных инстинктов. И тогда даже маленькое устройство, которое было предназначено для улучшения жизни, превращается в то, из-за чего разум обретает мотивацию для уничтожения хоть как-то отличающегося от него. И это то, из-за чего я дал обет хранить эти знания под замком.
— Но если бы…
— Прости, Ундина, но это и вправду слишком… Слишком опасные знания.
— Но вы же явили миру активные доспехи! Почему же вы не дадите лекарства или же верный способ покончить с голодом и жаждой?!
— Ваш мир был слишком силён для вашего общества, — холодно ответил Рокутус. — И я решил дать вам экзоскелеты лишь для того, чтобы уровнять ваши шансы пред ним.
— Разве? Ваши слова звучат как то…
— Претенциозно? Да, понимаю, но всё же я повидал слишком много цивилизаций для своих лет — они ничем не отличались друг от друга. Волки грызли волков из-за голода, истребляя при этом всех, до кого дотягивались их челюсти.
— Вы так говорите, будто вам уже не одна тысяча лет.
— Далеко не одна… — прошептал Рокутус, после чего приобнял даму за плечи.
Ундина, видимо, не заметила его слов, продолжая смотреть на назревающий восход.
— Я слышала от нашего генерала, что ваша армия очень мала… — как бы невзначай вдруг сказала Ундина. — Они хотят задавить вас числом. Я переживаю.
— Не стоит. Я полностью владею ситуацией, и ни одна сторона не сделает и выстрела друг в друга. Доверься мне, вы ведь знаете, что я и так делаю всё возможное, чтобы держать людей подальше от войны.
— Ох, Рокутус. Ваши слова не могут унять моё беспокойство.
— Поэтому вы мне и нравитесь. Невинна, словно распустившаяся белая роза, и способна сострадать даже мне, чудовищу, что уничт… Таких людей, как вы, очень мало и, на моё счастье, я нашёл вас. Это вселяет в меня надежду.
Лицо Ундины залилось пунцовым цветом, который ещё сильнее усиливался из-за восхода.
— Что вы, я недостойна таких добрых слов от вас, Рокутус. Но я рада, что могу вам помочь, хоть и таким незримым способом.
Кади же, всё время находясь в голове Рокутуса, решил впервые нарушить свой нейтралитет и слегка надавить одним из пальцев, вызвав тем самым реакцию на СВОИ действия, как постороннего. Но не то, что палец, сами руки оказались неподвластны ему, и он мог только наблюдать.
— Вы спешите? — спросил Рокутус.
— Нет, — ответила Ундина, мягко положив свою в меру загорелую руку на руки придерживающего её Рокутуса. — Я бы хотела ещё полюбоваться рассветом.
После чего они продолжили стоять в таком положении, любуясь рассветом.
***
Тук-тук-тук.
Стук в комнату мигом привёл Кади в чувства, и он быстро вскочил с кровати.
— А, что? — удивился он, обнаружив себя в своём теле. — Сон? Сон…
Тук-тук-тук.
Каргадель спал в своей маске, дабы не волновать старушку без повода, ведь неизвестно, когда ей приспичит прислушаться к чувству обнаружения. Приоткрыв дверь, он увидел стоящего командира, который выглядел слегка заспанным.
— Что случилось? — спросил Кади.
— Нужна помощь с машиной, — зевнув, ответил командир, после чего без лишних слов зашагал к выходу. — Жду на улице.
