— Они не смогли бы этого сделать, даже если бы ты была в грязных лохмотьях.
Я просто смотрела на него.
— Я не хотел сказать, что ты выглядишь оборванкой! Нет. Нет! Я просто имел в виду, что независимо от того…
Он замолчал и выглядел так забавно, что я не смогла удержаться и рассмеялась.
— Прекрасно, пап. Будто они не видят меня каждый день в моей обычной одежде. Я не смогу никого обмануть.
Отец с легкой тревогой посмотрел на меня.
— Не думаю, что ты хочешь кого-то обмануть, Би. Скорее всего, одевшись так, ты выражаешь уважение к писцу, который учит тебя, — помедлив, он добавил: — И показываешь свой статус в поместье.
Он замолчал, и я заметила, как он что-то судорожно обдумывает. Я не мешала ему, потому что в моей голове внезапно возникла новая идея. Ужасная мысль. Уроки будут идти по четыре дня. Значит ли это, что вот так мне придется одеваться каждый день? И что каждое утро Кэфл будет вторгаться в мои комнаты, чтобы одеть меня? Я медленно понимала, что придется ждать целых четыре дня, прежде чем у меня снова появится свободное утро. Никаких утренних прогулок на лошади. Пусть даже мне с Персеверансом немного поссорились. Но я думала, что в конце концов, так или иначе, рано или поздно я все исправлю. А теперь мои утренние дела навсегда кончились. Почти каждый день мне придется проводить время с людьми, которые мне не нравятся. В классной комнате. И даже за обеденным столом…
— О, Би, какой сюрприз! Ты расчесалась. Сегодня утром ты выглядишь почти как девочка.
Я повернулась на приветствие Шан. Риддл следовал прямо за ней. Шан улыбалась мне. Отец выглядел неуверенным, в то время как брови Риддла поднялись до линии волос. Я улыбнулась ей и аккуратно сделала реверанс.
— Благодарю вас, Шан. Вы сами выглядите почти хорошо воспитанной леди сегодня.
Мой голос звучал гладко, как сладкие сливки. Было бы смешно наблюдать, как отец перешел от неопределенности к тревоге, если бы в этот момент не вошел Фитц Виджилант и не услышал мои слова. Только мои слова, не замечание, вызвавшее их. Он взглянул на меня, как на противного дерзкого ребенка, затем тепло поздоровался с Шан и проводил ее к столу с таким видом, будто спасает от маленького злобного звереныша.
Когда я заняла свое место за столом, то заметила, что Шан не сразу приступила к еде, а подождала, пока Фитц Виджилант займет свое место рядом с ней. Они очень приветливо обращались к отцу и Риддлу, но обходили меня словом и взглядом. Подкладывали еду друг другу. Шан подлила ему чаю. Я же опустила глаза в тарелку и ела. Всякий раз, когда я украдкой бросала на них взгляд, красота этой пары когтями ревности впивалась в мое сердце. Поистине, они выглядели вылитыми из одной формы и очень походили друг на друга. У обоих были блестящие кудри, решительные подбородки и тонкие носы. Их взгляды восхищались друг другом, будто смотрелись в зеркало. Я опустила взгляд в тарелку и притворилась, что заинтересована видом своей колбасы.
Отец предлагал Риддлу забрать с собой в Баккип кусок хорошего бекона, вино из погреба и копченую речную рыбу. Если бы Риддл согласился, ему бы пришлось взять с собой фургон и несколько человек в придачу. Но он настаивал, что должен путешествовать налегке, и что хотел бы выехать как можно раньше.
Потом моих ушей достиг обрывок фразы Шан.
— …делать вид, что это не беспокоит меня. Но я так рада, что вы будете учить ее. Уверена, день, заполненный хорошим занятием, очень полезен для детей. И еще дисциплина. У вас будет тяжелая рука, как вы думаете?
Фитц Виджилант говорил низко и мягко, как урчат большие кошки.
— Сначала очень тяжелая, думаю. Лучше сразу построжиться, чем потом пытаться наладить порядок.
Мое сердце замерло.
Мы закончили завтрак, и писец пожелал отцу хорошего дня. Когда он посмотрел на меня, то перестал улыбаться.
— Жду вас в классной без промедления, леди Би.
Вежливость могла изменить его мнение обо мне.
— Я следую за вами, писец Фитц Виджилант.
— Полагаю, ученики могут называть меня писец Лант, — сказал он, смотря на отца, а не на меня. — Это короче, и детям проще запомнить.
— Как пожелаете, — ответил отец, но я знаю, что он подумал то же, что и я. Это имя не будет каждый раз напоминать о его клейме бастарда.
