– И это отлично сработало, когда мой отец решил заставить мастера Силы Галена забыть о своей неприязни к нему и полюбить его. Ненависть Галена не исчезла; она просто нашла другую цель. Если не ошибаюсь, ею оказался я. Гален почти сумел меня убить.
– Твоему отцу не посчастливилось получить полное обучение Силе. Сомневаюсь, что и Галену это удалось. Мы так много потеряли, Фитц! Так много… Я тружусь над свитками почти каждый вечер, но это не то же самое, как если бы тебя обучал знающий мастер Силы. Докопаться до смысла можно лишь ценой немалых усилий. Дело движется не так быстро, как хотелось бы. У Неттл нет времени мне помогать. Сведения, которые содержатся в свитках, нельзя доверять никому, а их хрупкость – еще одна причина этого не делать. У меня самого остается куда меньше времени для поздних ночных занятий, чем когда-то. И потому свитки заброшены, а с ними – кто знает, какие еще секреты?
Еще одна просьба под видом вопроса.
– Выбери те, что считаешь самыми интересными. Я заберу их с собой в Ивовый Лес.
Он нахмурился:
– А ты не смог бы приезжать сюда, чтобы поработать с ними? Одну неделю каждый месяц? Мне не хотелось бы отправлять их куда-то из Оленьего замка.
– Чейд, у меня жена, ребенок, да и за имением надо присматривать. Я не могу тратить время на шатания между Ивовым Лесом и Оленьим замком.
– Монолиты Силы превратили бы эти «шатания» в мгновенные перемещения.
– Я не стану ими пользоваться, и ты знаешь почему.
– Я знаю, что много лет назад, вопреки всем советам, ты повторно воспользовался колоннами на протяжении очень короткого временного промежутка. Я не прошу тебя приходить и уходить каждый день. Я предлагаю, чтобы ты один раз в месяц появлялся, брал несколько свитков и оставлял переведенное. Судя по тому, что я прочитал, когда-то наделенные Силой гонцы использовали колонны по меньшей мере с такой частотой, а возможно, и чаще.
– Нет, – сказал я тоном, не допускающим возражений.
Чейд посмотрел на меня, склонив голову к плечу:
– Тогда почему бы тебе и Молли не приехать жить в Баккип, взяв с собой ребенка? Нам будет довольно просто отыскать для Ивового Леса умелого управляющего. И Би получила бы все преимущества, о которых мы говорили ранее. Ты мог бы помогать мне с переводами и другими заданиями, познакомился бы с юным Лантом, и, я уверен, Молли понравилось бы видеться с Неттл чаще…
– Нет, – опять сказал я твердо. У меня не было никакого желания, чтобы он снова взвалил на меня свои «другие задания». И он не должен был видеть моего умственно отсталого ребенка. – Мне хорошо там, где я есть, Чейд. Я познал покой и намерен его сохранить.
Он шумно вздохнул.
– Что ж, ладно. Ладно. – Он вдруг сделался по-стариковски брюзглив. Его последовавшие слова едва не поколебали мою решимость. – Никого не осталось, с кем бы я мог говорить так свободно, как с тобой. Подозреваю, мы вымирающий вид.
– Подозреваю, ты прав, – согласился я и не стал прибавлять, что это, возможно, к лучшему.
На этом мы с Чейдом завершили разговор. Думаю, он наконец-то признал, что я отстранился от придворной жизни Оленьего замка. Я бы пришел, случись срочная нужда, но я не поселился бы снова в замке, чтобы участвовать во всяких тайных совещаниях. Розмари придется играть эту роль, а ее заменит ученик, которого она выберет. Это будет не Фитц Виджилант. Испытает ли парень разочарование или облегчение?..
В последующие месяцы я одновременно опасался и ожидал, что Чейд снова попытается меня вернуть. Не попытался. Пять или шесть раз за год мне привозили новые свитки и увозили мой труд. Дважды его курьерами оказывались подмастерья, изучавшие Силу, – они приходили и уходили через монолиты. Я не поддался соблазну. Во второй раз, когда явился такой гонец, я спросил у Неттл, знает ли она об этом. Моя старшая дочь ушла от ответа, но после гонцы приезжали верхом.
Мы часто соприкасались разумами с Неттл, иногда – с Дьютифулом, но Чейд как будто отпустил меня на волю. И время от времени, страдая бессонницей, я спрашивал себя, испытываю ли разочарование или облегчение оттого, что наконец-то освободился от темной стороны политики Видящих.
