Убийца среди нас полностью

— Денег с собой надо больше брать, — заметил он. — А у меня было в обрез: гаишники словно оборзели. Почти на каждом посту останавливали. Пришлось выкручиваться, — и Парамошкину: — Решай, да побыстрей, вопрос по "прикрытию" фирмы. Нужна "крыша", и понадежней. В дорогу тоже без охраны не рискуй. Хватит. Столько жутких случаев порассказали.

— Ну, начал, господин "командор"! — воскликнула Ирина. — Сразу — дела, дела… Можно хотя бы перед Новым годом обойтись без этого? Ведь голова трещит. Ждали, ждали — и дождались!

— Ирина, подожди. Еще один момент, и больше никаких агиток. Так что? — спросил Парамошкина. — Есть кто на примете для охраны?

— Найдется, с оплатой только решить.

— Милиция милицией, а самим тоже соображать надо, — заметил Рюмин. — А с оплатой решим, это не вопрос. Скупой, как говорят, платит дважды. И быстрее бы твоя уголовная канитель закончилась. Связал по рукам и ногам.

Григорий смолчал. Зачем портить предновогоднее настроение, тем более шеф настроен миролюбиво.

Женщины занялись сервировкой стола. Рюмин предложил покурить в коридоре.

Закурили. Прислонившись к стене, Рюмин ослабил на шее галстук и сделал несколько глубоких затяжек.

— Наверно, считаешь, что я грубый и бездушный, что ничего понять не хочу, а на тебя мне наплевать? Можешь не возражать, вижу. Глубоко ошибаешься. Никакой я не зверь и не пугало огородное. Пойми, дело, за которое мы взялись, особое. У нас не должно быть проколов, тем более таких идиотских, как у тебя. Обижайся-не обижайся, но твой "ляп" буду помнить долго. — Он снова глубоко затянулся. — Ладно, не будем об этом, день сегодня не тот. А дуться переставай. Я тебе не враг, — он выбросил окурок. — Давно Вене звонил? Что он говорит?

— Ничего не говорит, — проворчал Григорий.

— Ты правильно сделал, что в гости его пригласил. Хотел подсказать, но сам догадался. А Веня обязательно поможет. Не помнишь номер его домашнего телефона?

— Где-то записано, найти?

— Не надо. Кажется, сам вспомнил. Давай-ка его поздравим. Скажу, что все в сборе, но без него скукотища дремучая. Заодно насчет тебя прозондирую, идет? — Рюмин стал набирать номер.

"Зачем тогда у меня спрашивал? — подумал Парамошкин. — Показать, что обо всем помнит? Пускай зондирует. Может, Веня чем и обрадует".

Трубку взял сам Веня; Рюмин распрямился, на лице появилась добродушная улыбка. Он подморгнул Григорию, мол, слушай и на ус мотай. Парамошкин показал на часы и на стол, что времени в обрез. Рюмин согласно кивнул головой.

— Веня, привет, — сказал бодро. — Узнал? Слава Богу, что друзей по голосу узнаешь. Говорю откровенно — без тебя скучаем. Особенно женщины, — помолчал, с улыбкой слушая откровения Вени. — Понимаем, понимаем, что не можешь, — шумно вздохнул. — Но имей в виду — за тебя у нас будет персональный тост. За нас тоже? Ну, дружище, спасибо! Вообще-то жаль, что ты не с нами. Тут женщины так постарались, говорят: вот Веня оценил бы! Передам твой привет с поцелуями… Они тоже шлют поцелуй всмятку. Не понял, повтори. А-а, чтоб Григорий не страдал? Нос не вешал? Передам и потребую. Да, надо помочь, кто же еще поможет. Хорошо, встретимся и обговорим. Привет семье. Обнимаем.

Рюмин, довольный, положил трубку.

— Ну что? — спросил Парамошкин.

— Думаю, не помешает. Слышал, что он сказал? Не ломай голову. Отца Веня уже озадачил.

— Серьезно? — недоверчиво переспросил Григорий. Он и верил, и не верил.

— Обижаешь, — сказал Рюмин с обидой. — На, перезвони. — Снял трубку телефона.

— Да верю! — Парамошкин стал благодарить Рюмина. Тот был настроен лирически. Достав из кармана пиджака несколько светло-голубых коробочек, негромко, чтобы не слышали женщины, сказал:

— Здесь кольца и серьги с бриллиантами. Два комплекта: для Нади и Ирины. В Москве брал, думаю, понравятся. — Открыв одну коробочку, поднес к свету и залюбовался. — Правда, чудо? Хотел купить бриллианты с жемчугом, но не стал. Эти лучше. Тебе нравятся?

— В этом деле я профан, — признался Григорий и вновь позавидовал Рюмину: он и тут его обскакал.

— Сейчас обрадуются. Золото, бриллианты для них — мечта. Значит так, когда станем дарить, возьмешь тут, за дверью, розы. Ты им — розы, а я — кольца с серьгами.

Услышали голос Нади:

— Ах, вот вы где уединились? Ну и накурили — не продохнуть. К столу, к столу!… - Когда Григорий проходил мимо, Надя будто невзначай поймала рукой его ладонь и крепко сжала.

Рассаживались как всегда: Ирина напротив Рюмина, а Надя перед Григорием. Потерев ладони. Рюмин сообщил:

— Люблю небольшие компании. Все как-то по-семейному… — Он хотел встать, но Надя опередила:

— Нет, Игорь, позволь нам с Ириной.

— Какой вопрос, говорите.

— В общем так, дорогие наши мужчины! Мы вас, естественно, любим и ценим. Без вас, как это ни банально прозвучит, своей жизни не представляем. А посему примите от нас самые добрые пожелания и скромные подарки.

— Умницы! — воскликнул Рюмин и хитро посмотрел на Григория. Надя достала из шкафа вместительный черный кейс и подошла к Парамошкину.

— Это тебе, Гриша… для разных тетрадочек и записных книжек, чтобы впредь они никогда не терялись. — Передав кейс, поцеловала.