Не уделив вещам, происходившим вокруг, никакого внимания, Эрик двинулся к соседней двери, зазывая за собой Хизер. Как только девушка взглянула на брата, она с изумлением обнаружила, что выражение лица мальчика изрядно изменилось. Теперь ребёнок выглядел взволнованным, а его глаза горели, словно в тот миг должна была исполниться какая-то его давняя мечта, но что-то, таившееся за загадочной дверью, мешало этому произойти.
— Эрик, что случилось? — тихо спросила Хизер, осторожно взяв руку похолодевшую Эрика. — Тебе страшно?
— Я и сам не знаю, страшно мне или нет. Но оно точно там… Я должен…
— Ты ничего не должен, — перебила его сестра.
— Должен, — решительно произнёс Эрик и, не став больше ждать, резким движением открыл дверь.
Прошмыгнув в комнату, дверь которой отворилась не полностью, сколько бы мальчик ни старался, брат и сестра остановились, чтобы осмотреться. Здесь стоял полнейший мрак, различить что-либо в котором поначалу представлялось невозможным. Однако Эрик, в отличие от Хизер, похоже, что-то видел. Вот только чётко разглядеть это нечто ребёнок, судя по всему, не мог, поэтому он не двигался с места, ожидая, пока его глаза хоть немного привыкнут к непроглядной тьме.
Несмотря на отсутствие видимости, Хизер почти сразу поняла, что в этой комнате им, скорее всего, предстояло встретиться с чем-то поистине ужасающим. А всё потому, что из середины помещения неустанно доносились зловещие звуки, наводившие путешественницу на пугающие мысли. Но уходить было поздно, так как дверь, ведшая в коридор, закрылась, да и к тому же Эрик, служивший сестре проводником, покидать комнату не собирался. Он упорно чего-то выжидал, стоя на месте и слегка сжимая руку сестры, чем давая ей понять о своём присутствии.
Через некоторое время, когда глаза Нортенов привыкли к мутной тьме, Хизер понемногу начала что-то различать, в то время как Эрик, отпустив руку сестры, внезапно бросился вперёд.
— Эрик, куда ты? — воскликнула Хизер, ещё до конца не изучившая таинственную комнату.
— Оставайся на месте! — крикнул ей мальчик и, уже ни на что не отвлекаясь, решительно двинулся к своей цели.
Немного осмотревшись, Хизер осознала, что-то, к чему стремился её брат, находилось посреди комнаты. Увидев это, девушка невольно сжалась от неожиданно подступившего страха. Ей сразу захотелось покинуть это жуткое помещение, чтобы ненароком не встретиться с тем ужасным существом, которое стояло посреди него, издавая зловещий клокот. Судя по всему, оно было готово к нападению.
Несмотря ни на что, Нортен, которая не собиралась поддаваться испугу, решила пойти навстречу отвратительному существу. Она не могла допустить, чтобы эта тварь тронула её беззащитного брата, в руках которого был только кинжал, с которым он, семилетний ребёнок, даже не умел обращаться. И хотя сама Хизер также не обладала должными навыками, она всё же была старше, а значит, имела больший запас знаний, чем Эрик, и могла хоть немного за себя постоять.
Между тем само чудовище готовилось к нападению. Его кроваво-красные глаза пылали яростью, а чёрное с красными пятнами тело, выглядевшее полупризрачным, находилось в состоянии крайнего напряжения. Неведомая тварь буравила Нортенов своим пронизывающим, леденящим кровь взглядом.
Эрик уверенным шагом приблизился к странному существу. Хизер последовала за братом, но, заметив это, мальчик сразу же приказал ей возвращаться. Судя по всему, Эрик, собиравшийся биться в одиночестве, не желал получать чьей-либо помощи в этом нелёгком деле. И Хизер, которая не собиралась ослушиваться его указаний, пришлось смириться с участью ребёнка. Несмотря на то, что поначалу девушка заставляла себя присоединиться к брату, голос разума в ней возобладал над чувствами. Нортен остановилась и, не смея двигаться, стала наблюдать за картиной, что разворачивалась перед её глазами.
И вот, сделав резкий рывок, чудовище накинулось на дитя. Хизер, не сумевшая сдержаться, бросилась вперёд, чтобы хоть как-то защитить своего брата, однако тот, завидев это, вновь сказал ей не вмешиваться в это небезопасное дело. Затем, взмахнув кинжалом, мальчик вступил в битву.
Жуткое существо стало бить Эрика своими многочисленными длинным лапами, но тут же получило несколько ответных ударов, оказавшихся более разрушительными. Нескольким ловкими движениями ребёнок отсёк некоторое количество лап у своего противника, проведя его в бешенство. Впав в яростное безрассудство, зверь начал наносить врагу отчаянные удары, периодически кусая его в места, по-видимому, казавшиеся ему более уязвимыми.
