Женщина попыталась сделать более спокойное выражении лица, и, как ни удивительно, у неё это получилось. Вопреки тому, что Хизер уже давно догадалась, что её мать находилась в состоянии невероятной тоски, волнение девушки невольно ослабло. Какая-то часть её сознания будто бы поверила, что с мамой действительно всё в порядке и та печаль, которая омрачала её лицо несколько секунд тому назад, была неискренней.
— А что произошло за это время у нас? — осторожно спросила Хизер, выждав некоторую паузу.
— Да, в общем-то, ничего особенного. Единственная новость — рабочая поездка отца, о которой ты уже знаешь, — тихо ответила женщина, явно стараясь скрыть растущую тревогу в голосе.
Хизер больше не стала ни о чём расспрашивать родительницу, так как понимала, что это бессмысленно. Судя по всему, проверить, чем занимался её брат и не случилось ли с ним никакой беды, предстояло ей самой, втайне от мамы.
И вот, когда бархатистое покрывало ночи окутало город, погрузив всех его жителей в мир зимних грёз, а тёмное небо усыпали многочисленные мириады звёзд, мать Хизер стала готовиться ко сну. Завидев это, девушка сразу же выстроила план своих действий. Она не собиралась тревожить брата, но в то же время поставила цель убедиться, что с ним всё в порядке.
В нужный момент Хизер тихонько подошла к двери, ведшей в комнату мальчика. Сначала она прислушалась к звукам, доносившимся оттуда. Однако, ничего не услышав, девушка решила пробраться в спальню.
Осторожно открыв дверь, Хизер проникла в небольшую комнатку, принадлежавшую её младшему брату — семилетнему мальчику, который, по идее, уже давно должен был проснуться и встретить сестру.
Стояла тишина. Единственными звуками, которые её нарушали, были протяжные завывания ветра, доносившиеся за окном, да треск ветвей, скованных морозом.
В мягком мраке, царившем в комнате, Хизер сначала не могла ничего разглядеть. Она внимательно смотрела на кровать брата, но, к своему сожалению, ничего не видела.
Однако через некоторое время, привыкнув к темноте, девушка начала различать очертания объектов. Они казались смутными и по виду своему напоминали неведомых существ. Но Хизер, ранее не раз бывавшей в этой спальне, не составило труда понять, контуры каких предметов она видела: это был письменный столик, где, скорее всего, лежала кипа книг, шкаф, подоконник, обставленный цветочными горшками, несколько больших игрушек, раскиданных по полу, и две тумбочки, одна из которых находилась около стола, а другая — рядом с кроватью.
Тогда девушка приблизилась к небольшой кроватке, где, как она поняла позже, действительно кто-то лежал. Этим кем-то был её любимый младший брат. Свернувшись в безмятежный клубочек, мальчик преспокойно спал. Хизер внимательно прислушалась к его равномерному дыханию, но ничего, что бы её взволновало, не услышала. И вроде бы всё было хорошо, однако какое-то дурное предчувствие не покидало девушку.
Проведя ещё некоторое время в комнате брата, Хизер наконец покинула её и отправилась в свою комнату, чтобы посидеть в одиночестве, размышляя о последних событиях. Так, незаметно, она и уснула.
Утром, когда шаловливые солнечные лучи, пробравшись сквозь полузакрытые шторы, заглянули в комнату и коснулись лица Хизер, девушка открыла глаза. Сначала, спросонья, она несколько удивилась, что её окружали вовсе не стены палатки. Это был её родной дом, её личная комната, от которой она уже успела отвыкнуть за время своего путешествия.
Однако, быстро вернувшись к реальности, Хизер поспешно встала. Она снова оглядела с детства знакомые ей стены, обклеенные узорчатыми бежевыми обоями. Затем девушка окинула взором два небольших деревянных шкафа, внутри которых была аккуратно сложена одежда, письменный стол с водружённым на него компьютером, кипу книг, покоившуюся на верхней полке одного из шкафов, зеркало, украшенное золотистой рамой и прикреплённое к правой от входа стене, достаточно большую кровать, застеленную мягким пушистым пледом, расположенную в самой середине спальни, а также прикроватную тумбочку, уставленную различной мелочью типа миниатюрных часов или компактного зеркальца. Подобная обстановка явно порадовала глаз девушки, уставший от вида неуютных палаток и, хоть и красивых, но быстро приедающихся пейзажей.
Посмотрев на часы, Хизер обнаружила, что было только раннее утро. Несмотря на то, что она могла ещё отдохнуть, наслаждаясь уютной кроватью и благовидной комнатой, девушка не стала тратить время попусту. Так как час был ранний, Хизер полагала, что её мама, возможно, ещё не проснулась. Поэтому она решила снова проведать брата, чтобы уже при естественном освещении убедиться, что с ним всё в порядке.
Девушка вышла из своей комнаты и прислушалась к звукам. Убедившись, что в доме стояла абсолютная тишина, Хизер направилась к детской.
