-- Этот дом, естественно, достанется ему. Ведь у меня, кроме него, никого нет. Кстати, его комната вон там, по ту сторону прихожей. Она всегда готова его принять... А я сплю на втором этаже. Дом-то не очень большой... Шесть комнат и фруктовый сад... Здесь очень мило. Макс обожает сад. Ему следовало бы приезжать сюда почаще, чтобы отдохнуть от суматошной парижской жизни. Не правда ли, мосье? Выпейте еще немного малаги. В самом деле, не хотите? Выпейте... Это очень старая бутылка. Когда-то у нас был прекрасный винный погреб. Мой муж очень дорожил им. Да, все это так печально. Вся страна взбудоражена... Да и я сама, как я вам уже говорила, очень неспокойна.
-- Мне думается, что нет причины волноваться.
-- Вам легко так говорить, вы ведь молоды и такие вещи на вас не производят впечатления.
-- А вы уверены, что прежде, чем лечь спать, вы задвинули засов?
-- Ох, теперь я уже ничего не знаю...
Старушка тяжело вздохнула.
-- Я ведь так рассеянна. Подумать только, воры проникли ко мне в ту самую ночь, когда был убит этот несчастный старик.
Какая доля правды была в том, что поведала эта розовощекая дама? В самом ли деле в ее дом забрались воры?
В ее рассказе была одна тайна. В тот день она, как обычно, часов в пять вышла за покупками. Вернулась уже в темноте, съела свой легкий ужин и пошла спать. До этого она заперла входную дверь и задвинула засов. Ночью дул сильный ветер.
-- Да, я отлично помню. Мне казалось, что дом вот-вот обрушится. Я вообще-то не трусиха, но в тот вечер, признаюсь, меня то и дело охватывала мелкая дрожь. Я не люблю, когда бушует ветер. И вот, представьте себе, как я удивилась, когда утром увидела, что входная дверь открыта, то есть не настежь, вы меня понимаете, но засов не был задвинут и замок оказался не заперт. Вот как. Неужели я забыла повернуть ключ и задвинуть засов? Никак не могу вспомнить.
-- Но у вас ничего не похитили?
-- Нет, у меня ничего не пропало. Деньги я дома не храню. Да и вообще я небогата. Все осталось на месте. Поначалу эта история с засовом немножко растревожила меня, не сказать, чтобы я очень перепугалась... Просто я упрекнула себя: ты стала рассеянна, впредь постарайся быть повнимательнее. Но когда утром я раскрыла газету и узнала об убийстве букиниста, да еще в его собственной лавке, тут, признаться, меня охватил страх...
Понизив голос, старушка добавила:
-- И до сих пор я боюсь...
-- Для этого нет никаких оснований, -- успокоил ее Жозэ. -- Дверь у вас крепкая. Только не забывайте запирать ее на ключ. А сейчас тем более можете быть спокойны, город наводнен жандармами, полицейскими инспекторами...
-- Ну и времена, -- вздохнула старушка.
Репортер поднял стоявшую перед ним на столике рюмку с малагой и, вертя ее, любовался игрой вина.
-- Я думаю, это все ваша рассеянность. Трудно поверить, чтобы к вам мог проникнуть грабитель, если дверь была наглухо заперта. Ведь снаружи засов нельзя отодвинуть?
-- Конечно, нет!
-- Значит, одно из двух: или вы забыли запереть дверь, и тогда вряд ли можно предположить, что об этом немедленно узнал грабитель, или же вы задвинули засов и повернули ключ в замке, и тогда никто не смог бы к вам проникнуть, не взломав дверь...
И Жозэ добавил с улыбкой:
-- Никто не мог бы проникнуть, а... тем более выйти!
-- Но мне все-таки кажется, что я заперла дверь, -- насупив брови, проговорила мадам Лорис.
Жозэ встал, чтобы попрощаться. Пожилая дама предложила ему еще рюмку малаги. Он отказался. Он больше не может задерживаться, у него нет времени, и он просит его извинить. Максу Бари он сообщит, что его тетя чувствует себя великолепно.
-- Скажите ему, что я перепугалась грабителей и ему следовало бы почаще меня навещать.
Жозэ и мадам Лорис стояли в прихожей. Здесь тоже все было заставлено самой разнообразной мебелью и стены были увешаны бездарными картинами -большими и маленькими. Жозэ нравился стоявший здесь легкий запах жареного лука и воска. Мадам Лорис тихонько пританцовывала, ее руки то и дело взлетали в воздух, а с лица ее не сходила улыбка. У нее были голубые, очень светлые и очень молодые глаза.
-- Мосье, я не осмеливаюсь вас задерживать, -- говорила она. -- Вас ждет работа и вы приехали в Муассак не для того, чтобы расследовать легкомысленное поведение пожилой женщины...
-- Простите, могу я попросить вас об одном одолжении, -- сказал Жозэ неуверенным тоном.
-- Пожалуйста, я к вашим услугам, -- любезно ответила мадам Лорис.
-- Мне бы хотелось пройтись по дому. Познакомиться с расположением комнат...
Добродушная дама была явно обеспокоена.
-- Неужели вас так заинтересовала история с дверью? Вы меня пугаете.
-- Да нет, -- успокоил ее Жозэ. -- Клянусь вам, что ничего не знаю и ничего не предполагаю. Я убежден, что вы забыли задвинуть засов. Но у меня есть свой метод, я его строго придерживаюсь: никогда ничем не пренебрегать. Нет ничего маловажного, нет незначительных подробностей. Мною руководит, так сказать, профессиональный долг. Только и всего.
Мадам Лорис погладила свое ожерелье и, казалось, задумалась над словами Жозэ.
