Конечно, письмо было без обратного адреса. Но Роберт Бардо, приведенный фотографией в состояние экстаза, разыскал адрес сам. Как и у многих одержимых, ум его работал четко и хладнокровно, когда нужно было замаскировать свои намерения. Он сумел не вызвать подозрений у агента частного сыскного бюро и благодаря этому получил домашний адрес своего кумира. Приехав в Западный Голливуд, Роберт принялся отыскивать дом, где жила Ребекка.
«Держа в дрожащих руках фотографию Ребекки, Бардо спросил нескольких случайных прохожих, не видели ли они эту девушку, — описывает журнал „Мир звезд“ финал трагедии. — Его странноватый вид и возбужденные глаза, видимо, отпугнули тех, к кому он обращался, и Бардо проблуждал еще два часа, сжимая в руках свою таинственную папку. Наконец, словно почувствовав, что он вышел на след, он зашел в телефонную будку и позвонил сестре, чтобы сказать короткую фразу: „Я скоро покончу с этим“. Увы, ее трагический смысл выяснился слишком поздно.
В начале одиннадцатого (18 июля 1989 г.) Бардо, ступая медленно и осторожно, как лунатик, вышел на улицу Свитцер, еще пустынную в этот час. Миновав дом номер 138, на крыльце которого лежал ленивый рыжий кот, он немного ускорил шаг. Через несколько метров Бардо, пригнувшись, чтобы пройти под раскидистыми ветвями огромного дерева, очутился перед массивными стенами дома, построенного в добротном старинном стиле. Еще не веря своим глазам, тупо уставившись на табличку с цифрой 120, позвонил по домофону.
Ребекка готовилась к назначенной на одиннадцать встрече с легендарным Фрэнсисом Фордом Копполой, предложившим ей роль в новой, третьей части „Крестного отца“. Домофон не работал (да, такое бывает и в Америке!), и она пошла открыть сама безо всяких опасений, ведь Фэрфакс снискал себе репутацию спокойного района, где нет даже подростков, торгующих наркотиками. Едва она подошла к двери, успев лишь заметить через стекло силуэт незнакомого мужчины, как Бардо выхватил из папки пистолет и выстрелил ей прямо в грудь. Смертельно раненная, актриса рухнула на пол, закричав от боли и ужаса.
Потрясенный тем, что он совершил, Бардо кинулся прочь с места преступления, швырнув на ходу под дерево свой „Магнум“ (пистолет), а на крышу соседнего дома книгу. Это был роман Сэлинджера „Выше стропила, плотники“. Тот же роман имел при себе и убийца Джона Леннона…
Сестра Бардо, увидев вечером по телевидению репортаж о смерти актрисы, обратилась в полицию, встревоженная страшной догадкой. Его задержали на следующий день — полуобезумевшего, бегущего куда-то по одной из автострад Аризоны…»
За два года до этого убийства Роберт Бардо (ему было тогда 15 лет) увлекся Самантой Смит — знаменитой девочкой, которую пригласил в СССР лидер Андропов. Роберт добрался до дома Саманты, был задержан полицейскими и отпущен после выяснения его личности. Дождаться Саманты ему не удалось — через несколько дней девочка погибла в авиакатастрофе. Авиакатастрофа, возможно, спасла Саманту от убийцы, но переключила внимание маньяка на другой объект «смертельного» обожания.
Безусловно, из США следует ждать новых сообщений об убийцах — поклонниках звезд, поскольку невозможность обладания кумиром зачастую подсказывает психически неуравновешенным людям слишком «простой» выход.
Благополучную Австрию редко посещают уголовные бури. Тем сильнее было потрясение общества в связи с делом четырех медсестер из венской городской больницы «Лайнц». 28-летняя МАРИЯ ГРУБЕР, 29-летняя ИРЕНЕ ЛАЙДОРФ, 32-летняя ВАЛЬТРАУД ВАГНЕР и 50-летняя СТЕФАНИЯ МАЙЕР — вот имена «ангелов смерти», как прозвали их в Австрии. В 1989 г. против них было выдвинуто обвинение в том, что они давали больным снотворные препараты в чрезмерных дозах или заливали им воду в рот и дыхательные пути, чтобы они задохнулись.
Два года длилось следствие, наконец в апреле 1991 г. судебный процесс завершился. В досье этого дела фигурировало 42 случая умерщвления, суд счел доказанным 21 убийство. Наибольшее число больных — 15 человек — убила Вальтрауд Вагнер.
На вопросы судей о причинах такого отношения к больным медсестры отвечали по-разному. Одни говорили, что делали это из сострадания, чтобы облегчить старым людям переход в мир иной; другие признавались, что их раздражали крики больных и мольбы о помощи.
«Ведьмы из Лайнца» (еще одно прозвище медсестер-убийц, данное им газетчиками) были приговорены: Вальтрауд Вагнер и Ирене Лайдорф — к пожизненному заключению, Мария Грубер — к 15 годам, Стефания Майер — к 20 годам тюремного заключения.
