В связи с делом «ангелов смерти» газета «Курир» писала: «Подумать страшно, что существует система здравоохранения, при которой возможно массовое убийство престарелых пациентов… Конечно, бандиты и убийцы имелись и есть и в других местах, но чтоб многие годы оставалось незамеченным, как в больнице умерщвляют немощных стариков, — в это трудно поверить. Такая организация лечебного дела должна нас насторожить. Правосудие хотя и покарало конкретных преступников, но до глубинных причин не докопалось…»
Конечно, случись эти убийства в любом другом заведении, они тоже вызвали бы шквал общественного негодования. Однако то, что убийцами были люди в белых халатах, настолько шокировало людей, что они стали бояться лечебных учреждений. Впрочем, «ведьмы из Лайнца» — это исключение, а не правило для нормальной цивилизованной страны.
В Канаде объявился маньяк-рекордсмен, выместивший на женщинах злобу, порожденную разного рода фрейдистскими комплексами.
Это произошло накануне Рождества 1990 г. В 17.00 на инженерном факультете Монреальского университета появился 25-летний безработный электрик Марк Ленин, держа в руке полуавтоматическую винтовку 223-го калибра, которой обычно пользуются охотники на кайотов. На втором этаже ему навстречу попалась радостная студентка. Лепин вскинул винтовку и выстрелил. Девушка упала замертво. Затем Лепин ворвался в класс инженерной механики. Там в это время шел экзамен, в аудитории находилось несколько десятков человек.
— Я хочу женщину! — крикнул маньяк и приказал юношам и девушкам разделиться. Почему-то студенты приняли Лепина за подвыпившего весельчака, решившего неудачно пошутить. А может, они просто струсили или были шокированы до такой степени, что подчинились приказу. «Мы думали, это просто рождественская хохма», — сказал потом кто-то из уцелевших.
Когда девушки встали у одной стены, а парни у другой, Лепин яростно выкрикнул: «Все вы стадо феминисток» — и выпустил по девушкам очередь. Шестеро из них были сражены пулями.
Затем Лепин промчался мимо застывших, как восковые фигуры, юношей и бросился бежать по коридорам. Увидев столовую, он заскочил в нее и застрелил еще трех студенток И снова бешеный бег по коридорам. В конце одного из них стояли у окна четыре подруги. Каждой досталось по пуле в голову или в сердце.
Дальнейшая беготня Лепина, суматошная и беспорядочная, по счастью, не привела к новым жертвам. Расстреляв все обоймы в окна и стены, последний патрон он приберег для себя. Приставил дуло к виску и снес выстрелом верхнюю часть черепа.
История Марка Лепина — традиционная история тайного маньяка. В семь лет он остался без отца. Взращенный матерью, был замкнут и необщителен, с трудом находил контакт с женщинами. Из-за интровертности его даже забраковали армейские врачи. Единственное, что он любил по-настоящему, — это фильмы ужасов… Учился он, правда, неплохо и даже собирался поступать на инженерный факультет, но вместо этого устроил на факультете бойню.
Прибывшая на место происшествия полиция обнаружила в кармане Лепина записку: «Феминистки разрушили мою жизнь. Я мстил за себя».
Жизнь братьев Крутиных была серой, как пыль астраханского пригорода, где они родились — в семье рабочей и бедной. Ленивое переползание из класса в класс в школе на отшибе с усталыми учителями вело прямиком в ближайшее ПТУ. Там ждали групповые перекуры в грязных сортирах, мордобой стенка на стенку, карты и самогон.
Далее ждала армия. После нее Артур, а следом за ним и Борис возвратились в свою привычную заводь, где после работы мрачно пили, тупо дрались и забывались тяжким сном, чтобы с утра все начать сначала.
Среднего роста и веса, средней внешности и способностей, с достатком ниже среднего, Крутины не выделялись из толпы. Хотя старший Артур считал себя личностью незаурядной, тонким знатоком женской психологии. Жена, правда, этого не поняла и ушла. А Артуру так хотелось, бросив баранку мусоровоза, чувствовать себя не рядовым грязным водилой, а повелителем чужой судьбы, которому поклоняются и которого боятся.
Однажды сентябрьским вечером 1989 г. он шел с работы домой мимо автобусной остановки. На остановке, расскажет он шесть лет спустя, плакала одинокая незнакомка. Артур пригласил ее к себе. В доме Крутина-старшего они пили вдвоем. Артур захотел, чтобы женщина «поиграла в его игру». Он приказал ей медленно раздеться. Гостья отказалась. Тут хозяин «прозрел». Ему показалось, что у незнакомки — сережки его бывшей жены. И он стал бить «воровку» и срывать с нее одежду.
