- А во-вторых?
- Во-вторых… судя по тому, что я узнал от теперь уже бывших эдоласцев, предсказания Шаготты никогда не оказывались ложными. При этом, чем сильнее опасность и значительнее - тем больше и обширнее видение. А тут… она была ослаблена темницей, дар был на грани угасания, но она увидела четкую и яркую картину, при этом, если я правильно обо всем догадался, то еще и в прошлое заглянула, к тому же - чужого для себя мира. Знаешь, Яджи, - Макаров открыл глаза и повернул свое лицо к другу, в котором тот прочитал нечто новое, до сих пор ни разу не замеченное за тем, кого называли одним из сильнейших магов Земного Края вообще и Фиора, в частности, - я боюсь. Не за себя. За детишек. Не хочу больше никого из них терять. И не допущу этого, пусть мне и придется пойти против этой бессмертной твари в одиночку! - вот теперь от маленькой фигуры нескладного старика несло такой жутью и угрозой, что Яджима вспомнил, почему именно он всегда был их бессменным предводителем и главой, почему всерьез связываться с Макаровым опасались даже король и Совет в полном составе.
- Эм… М-мастер? - неуверенный голос от выхода на крышу мгновенно изменил обстановку. Макаров резко скукожился, без всякой магии вновь став дурашливым стариком, по какой-то непонятной ошибке ставшим Мастером самой горячей и безбашенной гильдии Фиора.
- Да, Леви? Что такое? - и Дреяр улыбнулся, почесав незнамо откуда вытащенным посохом спину.
- “Вот как у него это получается?” - думал, улыбаясь, Яджима. - “Так мгновенно менять свой образ и выглядеть столь глупо и безобидно, и в то же время - располагающе. Вон, даже девочка, что буквально секунду назад чуть ли не в обморок падала, сейчас стоит и весело улыбается ему в ответ.”
- Ой, Мастер, там… там Гилдартс! Он вернулся!
- Что? - на секунду весь облик Макарова дал здоровую трещину, как и его картина мира. - Эм, - осторожно попробовал он вновь вернуть себе душевное равновесие, - ты имеешь в виду, что он подходит к Магнолии?
- Н-нет. Он в гильдии. Сидит. С Нацу и ребятами… - теперь и у самой “вестовой” в глазах появился испуг с непониманием сути того, что она говорила.
- Так… так… - еще раз повторил Макаров, почесывая посохом уже затылок. - Пойдем-ка, мы с тобой, Яджима, проведаем этого гулену. Расспросим о путешествии.
- Да уж. Хех, интересно будет послушать о странствиях этого ловеласа. Ну как? Все еще не жалеешь, что тогда отдал над ним шефство Бобу? - ухмыляясь проговорил бывший член Совета, поднимаясь вслед за своим другом.
- Ох, Яджи, не береди раны, - притворно вздохнул тот, направляясь к выходу с крыши. Но стоило только девочке скрыться в дверном проеме, как Мастер молниеносно утратил всю свою веселость и упер серьезный взгляд в бывшего сокомандника. - Теперь понимаешь, о чем я? Гилдартс никогда, ни при каких обстоятельствах, не стал бы прятаться или скрывать свою силу. Это не в его стиле и характере. И что же? Мы с тобой его даже не почувствовали, сидя тут. И терзают меня смутные сомнения, что новости наш друг принес нам совсем не радостные. Неспроста это все.
- Хм, да. Теперь и мне что-то тревожно стало - малыш Гил - и тихоня. Но чтобы там не было, дам тебе один совет, старый друг. Займись в первую очередь гильдией и детишками. Не повторяй прежних ошибок, если не хочешь повторения событий Фестиваля Урожая в этом году, - тонко намекнул Яджима Макарову на одно из упущений. - Постарайся вновь сплотить их, дать им цель и смысл. Взрастить в них дух гильдии Хвост Феи. А уже потом…
- Знаешь… в чем-то ты прав… Я обязательно что-нибудь придумаю, но попозже. Пока же, давай узнаем, с чего бы этому мелкому ужасу так тихориться…
- Мелкому, да? - беззлобно рассмеялся Яджима, выразительно смерив взглядом макушку своего друга, что, казалось, стал еще ниже, чем в былые годы бурной молодости.
- Тц, а сам-то? - привычно огрызнулся Макаров…
В это же время, Магнолия, дом Джувии Локсар, Мираджейн Штраус.
Взгляд девушки был направлен на незнакомый потолок. Белый, ровный, почти без изъянов… но тем не менее, он сильно отличался от такового в доме, выкупленном их семьей с платы за задания. Вернее, сначала им дал ссуду Мастер, как раз когда принял их троицу, но они уже в течении полугода смогли все отдать, хотя старик и отказывался всеми правдами и неправдами от денег.
