После эффектного явления Ская весь скептицизм куда-то улетучился. Слишком много страшных легенд ходило о драконах, что бы все они оказались вымыслом, и я едва ли не в панике подумал, что ему известно о моих намерениях, и он поджидает нас с какой-нибудь изощренной драконьей каверзой. Дракон не мог узнать обо мне от Наир, но это не успокоило, а еще больше растревожило: уж очень не хотелось бы, что бы этот Хранитель обладал какими-нибудь сверхъестественными способностями! Хватит того, что он дракон! Я снова вернулся к мысли почему же мне так хочется скрестить с ним клинок. Что за игры в благородного мстителя и судию? Почему-то сейчас я не чувствовал себя в этой роли уверенно… Для самоутверждения слишком рисковый способ, и экстравагантно для самоубийства… Дьявольщина! Ну почему мы, люди, всегда сомневаемся?!
Драконам это не знакомо, – и в этот момент я не считал подобное наше человеческое свойство преимуществом! Гадюки с крыльями! Одно их присутствие уже не добавляет душевного равновесия!
Я зло покосился на Винда и наткнулся на совершенно осмысленный ясный взгляд. Я поспешно отвел глаза, – больше по привычке, – но было неприятно, что он мог прочесть мои мысли… Глупо, да? Оказывается, меня волнует мнение дракона, который смотрит на меня как на забаву…
Я чувствовал на себе взгляд Винда, но почему-то смелости ответить ему не хватило…
Последнюю ночь перед логовом мы провели в миссии: это было мрачное, наполовину скрытое в скале строение с колоннами у входа. Зато внутреннее убранство потрясало своей роскошью!
Мрамор и малахит, моржовый клык, прихотливые панно из янтаря, панели бесценного борейского дуба, шторы, окрашенные в пурпур и индиго – цвета, которые могли позволить себе только короли… Тканей, которые использовались в качестве обоев, штор, просто драпировки здесь было множество – самых дорогих и самых изысканных оттенков! Статуэтки, чеканные курильницы по углам, даже скамейки – были уникальной работы и красоты. Ну, конечно, – драконье золото! Драконы гор разве что не спали на серебре, золоте и камнях. Пожелай они прекратить работу в рудниках, – и три государства окажутся в скверном положении. Вот они и ублажают драконов.
Надо признать, Белому Скаю чувство меры не изменяло – детали обстановки прекрасно сочетались друг с другом, только усиливая впечатление.
Никогда раньше я не видел ничего подобного – я ведь не часто бывал во дворцах!
Но похоже, не только на меня произвело впечатление все это великолепие. Винд то и дело застывал на месте, переваривая увиденное – переливы тканей, игру света на гранях камней, изгибы статуй, форму… я льстил себе, что уже наловчился улавливать едва заметные знаки его настроения, и мне казалось, что его поразила не столько цена всего, сколько красота.
Я слышал, что драконы могут с простодушием дикаря обменять неграненый алмаз с кулак величиной на головную повязку с понравившимся рисунком, – об этом рассказывал наш полусотник, – человек, который на вранье пойман не был. И разумеется, дело было не в простодушии. Драконы привыкли брать лучшее, – по их мнению, весьма отличному от человеческого. Странно, – они понимают и высоко ценят прекрасное, но создавать его не умеют… все-таки они звери… хоть и разумные…
Но когда Винд несколько часов провел созерцая шелковое панно, изображающее осыпающийся под дождем яблоневый сад – я забеспокоился. Не думал, что он такой эстет!
– Разве ты не видишь, Тайрен? – зачарованно спросил он.
– Красиво, – я пожал плечами.
Винд терпеливо улыбнулся – как всегда, одними уголками губ, как будто имел дело с недоумком:
– Ты не видишь! Это – остановленное время…
Я посмотрел еще раз – картина, как картина, очень искусная. Что он в ней нашел?
А если нам удастся убить Ская – он все может оставить себе, заняв его место.
Меня эта обстановка только разозлила. Любой безделушки отсюда хватило бы помочь умирающему от голода крестьянину, или заплатить долг нашей семьи, из-за которого и случилась вся эта история! Не любой, конечно, – пары, тройки, – но здесь, передо мной были не десять лет службы в государевой армии младшим командиром, а сотни, если не тысячи… К чему это змее-перевертышу, которая даже не пользуется всем этим великолепием: Скай лишь изредка появлялся в миссии, толи имея где-то другое логово, толи занятый своими драконьими делами… От слуг добиться ничего не удалось, хоть пытай их…
Слуги. Они жили тут же, только в несравнимо более скромных, если не сказать аскетических условиях. Их здесь было около десятка – мужчины и женщины с пустыми глазами фанатиков, почитавшие за счастье служить дракону и живущие лишь ожиданием его прихоти. Они даже не спросили, зачем мы ищем их господина, поскольку считали его не существом из плоти и крови, а духом-хранителем гор. Их смирение и неожиданная отсрочка вывели меня из равновесия окончательно, и я с трудом заставил себя хоть немного поспать.
На рассвете мы двинулись к логову, поднимаясь по едва намеченной крутой тропе.
