Гёнмин вспомнил, как они с коллегами смеялись, говоря, что у этого мужчины слишком большие руки, чтобы на них болталась дамская сумочка.
Опять в дело вмешалась «Мёнсон»? Но почему человек оттуда дрался со старшей сестрой парня-аутиста в Вонгокдоне?
Но на этом Гёнмину пришлось прекратить размышления. Ему отдали приказ к выезду:
– Немедленно отправляйся в китайский квартал. Там снова кто-то ножом машет.
Как только Гёнмин вошел в переулок, где находился ресторан бараньего шашлыка, он начал чувствовать раздражение.
Уже на подходе его встретили звуки ломающихся предметов и громкая ругань на иностранных языках.
Сделав глубокий вдох, он уже собирался войти в ресторан, когда мимо него прошел мужчина, поддерживающий под руку потерявшую сознание девушку. Похоже, она напилась в стельку.
Гёнмин взял полицейскую дубинку и вошел в ресторан.
Директор Ом куда-то тащил потерявшую сознание Ынхе.
Всего десять минут назад она достала нож и начала угрожать.
Она планировала приковать к себе внимание людей, а затем взять директора Ома в заложники и выйти из ресторана.
Но вдруг раздался громкий шум.
Оглянувшись, девушка увидела, что по полу прокатилась решетка из нержавеющей стали. Кто-то перевернул гриль. Прямо перед ними двое китайцев громко кричали друг на друга. Ссора все накалялась, и в конце концов дошла до такой степени, что они схватили кухонные ножи и начали ими размахивать.
Как ни смешно, но люди устремились к китайцам, а не к Ынхе.
Но ей так было даже лучше.
– Говори живо! – Ынхе напрягла руку, в которой сжимала нож.
Рукоятка впилась в кожу.
Но директор Ом оставался спокойным. Похоже, текущая по шее кровь совершенно его не заботила.
– В этом нет никакого смысла. Я правда ничего не знаю. А если ты меня прикончишь, тем более не смогу сказать ни слова, – невозмутимо сказал директор Ом.
– Хватит лгать…
Вдруг голова Ынхе качнулась. Ее разум затуманился, а тело стало вялым. Она сама не заметила, как силы покинули ее руки, и нож упал на пол.
Директор Ом с ухмылкой поднял стакан с водой, из которого сделала глоток Ынхе.
– Ты не единственная, кто умеет расставлять ловушки.
Когда они вышли из переулка, появился черный «Мерседес».
Директор Ом опустил Ынхе на заднее сиденье машины. Стоило мягкому сиденью окутать тело девушки, как она больше не смогла держаться. Ынхе погрузилась в глубокий сон.
«Мерседес» выехал из Вонгокдона и помчался по сверкающей ночной улице.
Директор Ом думал о том, что произошло после встречи с тем ублюдком.
Как и сказал переодетый под продавца мужчина, директор Ом оставил машину на парковке у парка развлечений Тхэян. Но он не собирался просто взять и позволить ублюдку забрать то, что тот хотел.
Директор Ом сел в засаду. Он планировал наброситься на мужчину, когда тот будет забирать машину, и отнять ноутбук.
Но он на минуту отлучился в туалет, и это стало роковой ошибкой. Когда директор Ом вернулся, машины уже не было.
Он начал искать ублюдка, но в конце концов нашел только свой «Мерседес» на пустыре возле парка развлечений. В багажнике вместо двух чемоданов оказался один мобильный телефон.
Как только директор Ом взял телефон, тот завибрировал, будто ублюдок за ним наблюдал. Номер, с которого поступил звонок, не определился.
Стоило директору Ому взять трубку, как он услышал второе указание:
– Появилась еще одна головная боль. Думаю, я смогу сдержать обещание только после того, как ты с ней разберешься… Я сам решу, когда и как от нее избавиться, и дам вам знать.
Головная боль, с которой следовало разобраться, оказалась Кан Ынхе, которая сейчас спала на заднем сиденье автомобиля.
Мобильный, который ублюдок дал директору Ому, оказался подставным [37]. Как и большинство нелегальных дельцов, продавцы таких телефонов не знали, кто их клиенты.
Теперь директору Ому пришлось стать марионеткой ублюдка.
Именно он сообщил, что Кан Ынхе отправится в клинику Пэк Сана.
Как и договаривались, директор Ом оставил машину на подземной парковке здания, где располагался боулинг. Оставив ключи у служащего парковки, он вошел в лифт и покинул это место.
Ынхе разбудил резкий запах химикатов.
Она с трудом разлепила глаза. Ей было трудно удержаться от того, чтобы закрыть их обратно.
Первым, что бросилось ей в глаза, оказались распыленные в воздухе зеленые частицы. Как будто кто-то брызгал вокруг краской.
Ынхе была под воздействием каких-то препаратов, поэтому ее чувства работали не в полной мере.
Информация разбивалась на фрагменты и перемешивалась.
Тусклая, как будто предрассветная синева неба, ощущение жесткой скамьи под ягодицами, мерцающий крест церкви вдалеке, характерный химический запах спрея.
А еще мужчина, распыляющий этот спрей.
Мужчина с натянутым на голову капюшоном худи был полностью поглощен этим процессом и, казалось, даже не заметил, что Ынхе пришла в сознание.
Стоит ему только снять капюшон, и станет понятно, кто это.
