Директор Ом обнаружил неподалеку припаркованную машину. «Дженезис» с тонированными стеклами. На этой машине ездила Кан Ынхе.
У директора Ома было предчувствие, что в место, где находились заложники, проникла крыса.
Он тихо приблизился и приложил ухо к синим воротам.
– Тетушка, Ынчхон! Это Сухо. Пак Сухо, сын хозяина бани. Подождите немного. Я вас спасу!
Пак Сухо? Тот жалкий парень, который таскался за Кан Ынхе?
Директор Ом осторожно открыл ворота, стараясь не издать ни звука.
Но старый замок громко брякнул, сводя на нет все старания, а петли заскрипели, стоило ржавым железным створкам освободиться от оков.
К счастью, Сухо был слишком занят тем, что ломал замок на двери в дом булыжником.
Директор Ом подошел к Сухо, достал глушитель и установил его на пистолет.
Сбить противника с ног ударом по голове и дважды выстрелить ему прямо в сердце. Такой была последняя забота, которую старался проявить директор Ом. Ведь насколько ужасна медленная смерть от кровопотери, когда пуля попадает куда-то не туда. Конечно, можно было выстрелить в голову, но директор Ом предпочитал сердце. Он считал, что будет неуважением к семье покойного, если им придется устраивать похороны тела с изуродованным лицом. Директор Ом не обделил этой заботой и Сухо.
Белая кофта парня пропиталась кровью.
Отправив ублюдку сообщение о его убийстве, директор Ом огляделся.
Он заметил в одной из частей двора расправленную черную пленку.
Один из ее углов развевался на ветру, словно танцуя, поскольку Сухо забрал удерживавший его камень, чтобы сломать замок.
Когда директор Ом увидел трупы животных, сваленные большой кучей под пленкой, из глубины его живота что-то поднялось. Сильнейшее отвращение.
Как и ожидалось, ублюдок оказался психопатом. А он, директор Ом, служил ему, как верный пес.
Директор Ом дал себе обещание. Как только он заберет ноутбук, проследит за тем, чтобы этот ублюдок больше не смог разгуливать по миру.
Директор Ом взял Сухо за руку и потянул его к яме, которая показалась неплохим местом, чтобы на какое-то время спрятать тело.
Когда директор Ом оказался уже прямо перед ямой, то почувствовал что-то странное и остановился. Как будто в кончики пальцев, которыми он держал запястье трупа, бился пульс.
Не может быть… Директор Ом наклонился, протянул руку и расстегнул кофту Сухо. Под ней оказался бронежилет. На нем в районе сердца обнаружились четыре пулевые отметины, все примерно в одном месте.
Кан Ынхе отдала бронежилет этому парню. А кровь на одежде принадлежала не ему, а погибшим животным.
Когда директор Ом собирался вытащить пистолет, рука не повиновалась его воле. Ремешок роскошных часов зацепился за кофту Сухо.
Парень резко распахнул глаза. Правой рукой он схватил директора Ома за шиворот, а левой вытащил что-то из-за пояса. Электрошокер.
Когда по шее прошел сильный электрический заряд, директор Ом несколько раз вздрогнул, как припадочный, а затем лишился сознания и упал в яму.
Два часа назад, Тор
«Может, я немного переборщил?» – Гёнмин, который в свой выходной лежал на диване, нажимая на кнопки пульта от телевизора, продолжал думать о том, как он позвонил детективу Чхве и донимал того вопросами.
Узнав новость о том, что Кан Ынхе стала подозреваемой в убийстве на основании одного анализа отпечатков пальцев, Гёнмин тут же вышел из себя.
«Конечно, если на орудии убийства обнаружили чьи-то отпечатки пальцев, вполне логично предположить, что именно этого человека и заподозрят! Но я позвонил детективу и начал нести чушь о предвзятости подтверждения в расследовании».
Честно говоря, это не детектив Чхве страдал предвзятостью подтверждения, а сам Гёнмин.
В этом деле как-то замешана корпорация «Мёнсон». Точнее, должна быть как-то замешана. Разум Гёнмина парализовала слепая ненависть к «Мёнсон».
Гёнмин, который почувствовал вину за то, что полез указывать старшему коллеге, хотя сам не был свободен от предвзятости подтверждения, не мог больше выдержать и решил немедленно извиниться перед детективом Чхве.
Он тут же набрал номер коллеги, но тот не ответил. А когда Гёнмин спросил у других полицейских, где сейчас детектив Чхве, те ответили, что он выехал на место преступления.
Детектив Чхве всегда завидовал Гёнмину, у которого был верный скакун. Гёнмин ни разу не давал детективу Чхве прокатиться на нем, сколько бы тот ни упрашивал.
Поэтому патрульный Ким решил именно на этом скакуне поехать к старшему коллеге извиняться.
Он надел кожаную куртку, кожаные ботинки и солнцезащитные очки. Закончив подготовку, Гёнмин сел на свой супербайк и направился в Сонбудон.
Какое-то время он несся вперед на своем верном мотоцикле, а потом остановился в парке развлечений «Хваран», который располагался неподалеку от места преступления.
Затем он взял телефон и набрал номер, чтобы проверить, что детектив Чхве до сих пор никуда не уехал.
Стоя около мотоцикла с мобильным в руке в ожидании, когда детектив Чхве ответит на звонок, Гёнмин почувствовал на себе холодный женский взгляд.
