– Я действовал в интересах пролетариата и он, этот монстр, никогда не терпел всего, что бы поднималось над его убогим уровнем мировосприятия! Мужик не терпит гениев и прочих ярких личностей! Вонючий мужик только верит в бога и в свою мерзкую долю быть никем! Но я дал ему шанс встать всем! Ты помнишь наш знаменитый гимн – «кто был никем, тот станет всем»?
– А что же с остальными действительно достойными людьми – дворянами, крепкими предпринимателями-хозяйственниками и всем, кто был с ними? Они что, не достойны были лучшей доли, чем та, которую уготовал им ты – стать никем? Они все погибли в лагерях и далёкой иммиграции.
– Быдлу, то есть мужикам, нужна была жертва и кто как не вчерашние угнетатели подходили на её роль лучше?
– Теперь ты видишь результаты своих опытов по культивированию этого быдла – мы вырождаемся! Пройдёт ещё пятьдесят лет и русского народа просто не будет на Земле! Ты убил всех нас! Жизнь доказала банальную истину, что из бесплодного быдла, ради которых ты затевал свой мятеж, никогда не произрастёт сочного плода! Ты лишил мой народ той его части, которая отвечала за его развитие, за его плодотворность, за его волю к жизни. Без этой соли земли, которая была под корень уничтожена в семнадцатом году, русский народ мёртв и это только вопрос времени когда он вымрет физически! А теперь уходи, я устал! – произнёс Эрнст и отвернулся к стене.
– Напоследок я скажу тебе, что мои потомки действительно оказались полными убожествами и не поняли какие возможности таила в себе мировая революция!
– И какие – вернуть всех в каменный век? Нет, другие народы оказались умнее и не стали уничтожать сами себя, как это сделали русские дураки. Возможно именно поэтому мы и были всегда обречены – мы народ дураков, которые всегда верят в чудо и какие-то тухлые идеалы вместо того, чтобы просто работать и любить жизнь. О боже, как это действительно просто – жить и любить жизнь!
Произнеся эту фразу, Эрнст отвернулся от стены обратно, чтобы посмотреть на Ленина, но его уже не было, он исчез.
«Странно!» – подумал Эрнст и нахмурился, – «я не слышал, чтобы лязгнула дверь при его выходе! Действительно очень странно!» – Лебедев снова отвернулся к стене и попытался уснуть.
Эрнст уже было глубоко уснул, как дверь камеры с лязгом открылась и голос конвойного произнёс:
– Подследственный Лебедев! На выход! Свидание!
Эрнст поднялся со своей шконки, почёсываясь от укусов клопов, и посмотрел на конвойного.
– Пошевеливайся! – грубо повторил тот и ждал, пока заключённый выйдет из камеры.
– Лицом к стене! – и дверь с лязгом захлопнулась. Загремели ключи в руках конвойного.
Они прошли длинный коридор, прежде чем оказаться в комнате для свиданий. Эрнст, войдя туда, увидел Кристину. Он подошёл к ней и обнял её. По щекам девушки текли слёзы. Наконец успокоившись после объятий, они сели за стол и Бельская произнесла:
– Эрнст, я говорила со следователем, они обвиняют тебя в заказных убийствах!
– Да, мне это знакомо, – произнёс молодой человек и потёр запястья, на которых ещё краснели следы от наручников.
– Может, лучше рассказать им всю правду? – неуверенно спросила девушка.
– Ты хочешь, чтобы меня упекли в психушку? – вопросом на вопрос ответил ей Эрнст.
– Ну не знаю, но возможно это лучше, чем брать на себя чужие преступления!
– Успокойся, никто не будет брать на себя чужих трупов! – произнёс печально Эрнст.
– У тебя просто нет другого выхода, как сказать им всю правду! – раскрасневшись произнесла Кристина.
Эрнст устало молчал. Он понимал, что ситуация его безвыходна и у него только два пути – либо рассказать им всю правду и быть направленным на принудительное лечение, либо признать, что он знаменитый киллер Лёша-Солдат, и отправиться на зону лет на пятнадцать. Конечно, он понимал, что клиника – это далеко не зона строгого режима, где среди уголовников могло случиться всё, что угодно, вплоть до того, что его могли просто убить. Он тяжело вздохнул.
– Будешь передачки мне носить? – спросил он шутливо девушку и снова поник.
– Из университета тебя тоже, наверное, выгонят, – печально произнесла Кристина.
– Главное, чтобы моё детище не попало в чужие руки, – произнёс тихо Эрнст.
– Ты о чём? – спросила Крис.
– Конечно же, о машине времени!
– А! Об этом можешь не беспокоиться, Виталик собрал все твои приборы и хранит их теперь у себя в комнате.
– Ну а как ты? Как наш мальчик?
– Это будет девочка!
– А я говорю – мальчик!
– Ничего, скоро мне надо будет обследоваться, чтобы при родах не было непредвиденных осложнений.
– Крис, постарайся быть молодцом, ты ведь знаешь, я теперь долго не смогу быть рядом.
В этот момент входная дверь лязгнула и суровый голос произнёс:
– Время свидания окончено! Заключённый Лебедев! На выход! Лицом к стене!
Эрнст послушно вышел и выполнил все приказы конвойного. Кристина оставшись одна тихо заплакала. Что будет с ними дальше? Когда они отпустят Эрнста? Увидит ли её ребёнок вообще когда-нибудь своего отца? В её голове только роились вопросы, на которые она не знала ответа…
