Объектом обсуждения был какой-то общий приятель, которого сейчас, как догадался Сергей, к счастью последнего, с ними не было. Сергей не знал о ком речь, поэтому вел себя тихо, будто его и вовсе не было. Этот разговор вовсе мог не увлечь внимания Сергея, не изъявляй окружающие острого желания «замстить» бывшему приятелю за какое-то нанесенное предательство. Закончив с салатом, Сергей молча, подвинул к себе тарелку с остывшей итальянской пастой, и так же тихо стал ее поедать. Как только ни старался Сергей вникнуть в суть конфликта, как ни прислушивался, так и не мог понять истинной причины, по которой все так жаждали мщения, ненавидели бывшего друга и мечтали жестоко разобраться с ним при первой же удобной возможности. Больше всех за столом возмущался новый еще неизвестный Сергею — Егор.
Фамилия Егора была — Кирдин. И Сергей припомнил, что несколько раз встречал упоминание этой фамилии в местных газетах. Все что рассказал о нем Артур, делая краткий ввод Сергея в состав присутствующих за столом, что он был сыном начальника Главного Управления Внутренних Дел области, и студентом Государственного Юридического Института, в компании отвечал за экстремальные виды развлечений и отдыха. Егор был крепкого телосложения, ростом под метр восемьдесят, приятной внешности и очень нравился девушкам. Сергей сделал этот вывод только из того, что за недолгое время, которое компания пробыла в клубе, к нему сразу же, подошли три кокетки. Они подходили одна за другой, с интервалом в полторы минуты, словно где-то за залом стояли в очереди. И сдерживающая эту толпу красавиц охрана — пропускала их в зал по одной, только после того как возвращалась каждая предыдущая, из этой очереди девушка. Каждая из подошедших к Егору леди задала абсолютно одинаковый набор вопросов:
«Как дела? Почему не позвонил с прошлого раза? Какие планы на вечер?»
На все три вопроса Егор отвечал неконкретно и уклончиво.
Сергей, украдкой подслушивающий эти кроткие обмены публичного интереса, почувствовал в нем некий скрытый и тайный смысл, после чего задумался над возможными вариантами значений — как вопросов, так и ответов, и у него получилось следующее:
Вопрос — «как дела?», с женским значком «инкогнито», соответствовал в большей степени вопросам: «ты сегодня один?» или, «с кем ты сегодня?»
На что Егор, во всех трех случаях ответил одинаково:
«Ужинаю с друзьями; осуждаем планы на выходные».
На вопрос — «почему не позвонил с прошлого раза?», который во всех трех случаях прозвучал с укором и претензией, претендовал быть главным в диалоге. Егор трижды ответил по-разному, но суть ответа сводилась к тому, что он был занят очень важными делами, и позвонить, конечно же, не было возможности. Пресекая подачу логически вытекающего из его второго ответа очередного вопроса — «почему не позвонил позже, или на следующий день?», Егор добавлял к ответу, что был не в городе.
Молодые знакомки, удовлетворенные полученными ответами на первые два вопроса и, не усмотрев рядом с объектом других конкурентоспособных «давалок», задавали вопрос третий.
Но прежде, в памяти Сергея всплыло лицо доктора экономических наук Октябрьского Марлена Витольдовича, который читал на курсах повышения квалификации о конкуренции:
«Конкуренция (от лат. concurrere — «сталкиваться») — это борьба независимых друг от друга экономических субъектов рынка за право обладания ограниченными ресурсами. Конкуренция — это соперничество за лучшие условия существования на рынке между его участниками».
С одной стороны, независимыми субъектами рынка выступали современные клубные гетеры, конечно же, в пределах определенного сегмента рынка, а ограниченным ресурсом денежного дохода — Егор, который с экономической точки зрения, являлся центром потребностей и интересов. А с биологической точки, представлялся — млекопитающим гоминидом семейства Кирдиных.
С другой стороны, Егор представлялся определенным рыночным сегментом — определенной группой потребителей, который обладает несколькими устойчивыми признаками, определяющих его поведение на рынке — и ищет такой субъект рынка, который может этот определенный рыночный сегмент эффективно обслужить, удовлетворив его потребности. И в таких условиях, современные клубные гетеры — являлись объектом маркетинга, то есть — главным товаром, участвующим в современных рыночных отношениях.
Иными словами, то, за чем, наблюдал Сергей, было процессом разнообразных взаимодействий выступающих субъектов и объектов, производителей и потребителей, продавцов, покупателей и товаров. Совершенно четко соответствующий правилу, которое любил повторять профессор Октябрьский:
«Конкуренция возникает между товарами, а не фирмами!»
