На полу комнаты валялись обертки и пластиковые бутылки. На столе громоздилась грязная посуда. На кровати пузом кверху лежал хозяин комнаты. Переваривал ужин, три десятка пельменей со сметаной, мурлыча припев из попсовой джин-группы:
Петя Зайцев был тучным детиной с жидкими усами и кареглазой хитринкой. Похож он был скорее на прораба или на проводника поезда, но никак не на студента. Как и Илья, он учился на пятом курсе истфака и писал диплом.
Петя постоянно терся рядом с комендантом Падлычем. Услуживал, выполнял разные поручения. Подай, принеси. У каждого коменданта есть такой угодник. На этом стоит любая общага.
Поговаривали, что Зайцев стучит. Но ни разу не ловили. Поэтому просто снисходительно посмеивались, понимая, что Петина сервильность – это плата за отдельную комнату и прочие послабления от
Услышав шаги, Зайцев с кряхтением сел. Удивленно уставился на Илью.
– Ты?
– Тсс, меня здесь нет.
Петя понизил голос:
– Поесть хочешь? Я пельмешек сварил.
– Ничего не хочу. Что в общаге творится?
– Ничего особенного. В первые дни немного погудели и затихли. Комнату твою опечатали.
– Видел. Что народ обо мне говорит?
– Некоторые думают, что это ты Алину убил. Но в основном сомневаются. Падлыч следователям про тебя наплел, что ты хулиган, нарушитель режима и вообще асоциальный тип.
– Сволочь.
– Зачем ты вернулся?
– Хочу найти убийцу. Думаю, он залез в нашу комнату с крыши.
– Почему ты так решил?
– Веревка.
– Какая еще веревка?
– Альпинистская, которая хранилась у коменданта в подсобке. Я обнаружил ее у Зойки Дымовой под кроватью.
– Что за бред?
– Послушай, в тот самый день после убийства Алины Падлыч принес эту веревку Зое и приказал, чтобы она ее спрятала. Я думаю, именно по ней он спустился с крыши. Помнишь, кто-то рассказывал, что Падлыч бывший альпинист?
– Ерунда какая-то. Ну, хорошо, допустим, это он. Не проще ли было эту веревку… ну, уничтожить как-то? Закопать, спалить.
– У него просто не было на это времени. Он понял, что следователи могут обыскать его подсобку и найти там веревку. И если всплывет, что он бывший альпинист, он попадет под подозрение.
– Но это же рискованно: сама Зоя могла его заподозрить, – возразил Петя. – Да и зачем Падлычу убивать Алину?
– Не знаю.
– Ладно, что ты предлагаешь?
– Вымани Падлыча под каким-нибудь предлогом. Он тебе доверяет.
– Куда я его выманю?
– Да хоть на крышу. Мне надо поговорить с ним с глазу на глаз.
Комендант общежития Николай Павлович Кашин, он же Падлыч, был неприятен. Еще учась в институте, он доносил в деканат на однокурсников. Специально для этого научился пить, чтобы улавливать крамолу в разговорах, жужжавших за беспечным столом.
Кашин приложил руку к тому, что из университета был изгнан талантливый Леша Кислов, всуе обругавший президента страны. Потом вылетел с пятого курса Сашка Сидорчук, нарисовавший карикатуру на любовницу ректора МУГР.
Стукача в конце концов вычислили. Всем курсом отправились лупить, но Кашина кто-то предупредил, и он успел смыться к родителям своей будущей жены.
Его жена, как и положено, была стервой. Считая себя красавицей, она была уверена, что сделала Падлычу больше одолжение, выйдя за него замуж.
На посту коменданта любимым занятием Кашина было ходить по этажам и выслеживать, кто чем занят. Он присматривался к подвыпившим студентам, прислушивался к нецеломудренному скрипу кроватей, принюхивался к запаху курева, пытаясь уловить запах травки. Как только он выявлял
В юности комендант увлекался альпинизмом. Это помогло ему усовершенствовать слежку за студентами. Пользуясь веревкой и профессиональным снаряжением, он спускался с крыши и тайком подглядывал в окна, записывал сомнительные разговоры.
В тот самый момент, когда Илья разговаривал с Петей, Падлыч тенью просочился в общежитие, даже не взглянув на вахтершу Ларису. Свернул направо и заперся в своей подсобке. Выудил из сейфа две папки.
Насвистывая «Песню индийского гостя», он принялся изучать ведомости платы за общежитие. Первую, официальную ведомость, просмотрел бегло и хмуро, отметив про себя, что Мамонов и Григорьянц так и не сдали деньги за сентябрь. «Прижать гадов», – убористо вывел он особенной ручкой, в чернила которой была встроена специальная звуковая «напоминалка», срабатывающая в определенное время.
