Падлычу пришлось повиноваться. Альпинист-разрядник, он не боялся высоты. Но он боялся убийцы.
– Чего ты от меня хочешь?
– Правды.
– Я все скажу, – забормотал комендант. – Я кое-что знаю.
– Что именно?
Услышать ответ Илья не успел. Какая-то могучая сила отбросила его в сторону. Он ударился головой о кирпичную трубу и на секунду потерял сознание. А открыв глаза, увидел огромное существо, которое словно укачивало непослушного строптивого ребенка. Но это был не ребенок. Это комендант корчился и извивался в лапах у невиданного гиганта.
Монстр метнул Падлыча с крыши, как легкоатлетический снаряд. Глыба канувшего вопля сдавила уши.
Незнакомец навис над Ильей. Тот был настолько потрясен, что даже не сопротивлялся. Лишь когда громила больно сжал его в удушающих объятиях, Илья впился зубами в его руку. Что-то острое ужалило десны, словно он укусил кактус.
Монстр воздел руки и запустил Илью в осеннюю глубь. Перед его глазами мелькнула змея, он рефлекторно поймал ее руками и заскользил мимо окон пятого этажа.
Наверху грохотнуло. Кажется, он потянул за собой интернет-кабель с комби-роутером. Защелкали отрывающиеся крепления.
Это на миг тормознуло его падение. Увидев перед собой окно четвертого этажа, Илья бросился в него макушкой. Стекло обрушилось дождем.
Какое счастье, что в общаге МУГР запретили менять старые окна на ударопрочные. Слава вам, защитники исторических зданий!
Илья влетел в чью-то комнату, в кровь обдираясь о стеклянные зазубрины.
Его встретили живописным визгом. В комнате испуганно зажегся свет.
Три девичьи головы торчали над одеялами. «Первокурсницы», – определил Илья по выражению лиц.
– Простите, – пробормотал он.
– У тебя что-то торчит, – прошептала одна из голов, кудряво-кукольная.
Илья вынул изо рта клочок. Колючая шерсть, которую он выгрыз из руки этого дьявола.
– Ой, кровь на лбу! – воскликнула та же девушка.
Забыв про стыд, она выскочила из-под одеяла в ночнушке и заметалась по комнате. Вытащила из тумбочки аптечку. Дрожа от холода (из разбитого окна адски дуло), она запрыгала вокруг Ильи с ватными тампонами и перекисью.
Одной ваткой она вытерла кровоподтек, другую прилепила к ране.
– Держи.
Илья покорно прижал лекарство ко лбу.
Она тем временем занялась его руками. От перекиси в ранах покалывало. Он присел на стул. Тот крякнул, предупреждая о хлипкости.
«Падлыч, скотина, подсунул первокурсницам списанное барахло», – подумал Илья. Но тут же вспомнил, что Падлыча больше нет.
«Что он хотел мне сказать на крыше? Он что-то знал. Откуда взялся этот жуткий человек? Да и человек ли?»
С улицы донеслись встревоженные голоса. Кто-то там завизжал. Уже обнаружили тело, значит.
Накинув халаты, девушки высунулись в разбитое окно.
– Это Падлыч, – сказал Илья.
Девушки не среагировали, взбудораженные суетой на улице.
– Там труп Падлыча, – уточнил Илья.
– А? Что ты сказал?
Илья попросил их сесть. Сжато, без прикрас рассказал о том, что случилось на крыше. Разумеется, опустив, зачем он туда поперся и что там делал сам комендант.
Кудрявая Люда и толстушка Ира трагично заахали. Симпатичная шатенка Лена иронично скривилась, то ли не веря, то ли это была разновидность защитной реакции.
А по комнате меж тем уже гулял нешуточный сквозняк. В разбитое окно залетел листик клена. Илья смущенно затоптался у окна.
– Надо что-то делать, вы тут задубеете.
На него замахали:
– Не надо ничего делать. В соседней комнате живет Вася, наш земляк, рукастый до ежиков! Он нам мигом стекла вырежет и вставит.
Люда хотела тут же бежать за соседом, но Илья ее остановил: не надо никакого рукастого Васи. Потом.
Он взял покрывало и кое-как заткнул дыру. Галдеж с улицы становился более дельным, кто-то уже вызвал полицию. Надо было срочно уходить.
Илья осторожно выглянул в коридор. Мимо протопал в свою комнату третьекурсник Валя Рябинин. В воздухе рассеялся дух аммиака. Валя Рябинин был страстный поклонник уринотерапии и калорастирания.
Немного выждав, Илья выскользнул в коридор. Чувствуя себя идиотским персонажем боевика, он пружинисто прокрался вдоль стены. Быстро прошел мимо пустой (к счастью) кухни и скользнул на лестницу, зашустрил вниз.
Впереди был самый опасный отрезок пути, лестничная площадка родного третьего этажа. Напротив лестничного пролета находилась кухня, с которой доносились голоса. Кто-то там переговаривался и возился с едой. Тянуло дымным чадом.
Илья прислушался к кухонной болтовне.
– Падлыч доигрался.
Помешивание ложки в кастрюле.
– Все-таки жаль мужика.
– Козел он был. Попробуй, хватает соли?
– Хватает. И чего его на крышу понесло?
– Какая разница.
– Чер-те что творится: сначала эта пятикурсница, теперь Падлыч.
– Говорил я тебе, давай хату снимем.
– На какие шиши?
– Так возьмем Виталика в долю. Впишемся.
– Втроем в однушке?
– Нормально.
Их спор заглушил заливистый свист чайника. Воспользовавшись тем, что они отвлеклись, Илья метнулся через лестничную площадку – и вниз по ступенькам. Если они кого-то и заметили, то стремительного незнакомца в капюшоне.
