– Думаю, ты можешь идти, или ещё посмотришь? Самое интересное только началось.– Мужчина кое-как выпутался из пут, его взгляд был полон ярости, опасный прищур не сулил ничего хорошего. Катины крики стали прерывистыми, плач перерос в сплошной вой боли и отчаяния.
– Пожалуй посмотрю.– Мужчина рванул быстро и неожиданно, как атакующая кобра, руками вцепившись в лицо старика, выдавив тому глаза. Касим с воплем упал на пол, а Леша выдернул пистолет у него из-за пояса. Все произошло за секунду, никто не успел ничего предпринять, но против четверых вооруженных людей у него все равно не было шансов, и все это понимали, злобно щурясь и наступая на противника. Но Алексей не стал атаковать так, как все ожидали, он выстрелил в огромную металлическую бочку, в ту же секунду припадая к земле. От волны, вызванной взрывом бочки с бензином, всех стоящих на ногах отбросило к стене. Пожар неистово разгорелся, поглощая помещение. Бывший солдат подполз к распростертой на полу девушке, глаза у неё были открыты, но стеклянные, похоже, разум блуждал где-то далеко. Леша снял с себя рубашку и разорвал пополам, одной половиной кое-как обмотал себе голову, вторую скомкал и прижал к лицу Кати. Мужчина поволок художницу к выходу, остальным, даже если они и были в состоянии что-то делать, было не до них. Будучи сухой, рубашка плохо защищала от дыма, глаза щипали и слезились, горло драло, Алексей начал кашлять и задыхаться, но продолжал тащить свою ношу наружу. К огромному облегчению беглецов, дверь оказалась открытой, они вывалились на улицу, судорожно хватая ртом воздух.
– Катя!– мужчина легонько потряс девушку за плечи, но она не реагировала. Тогда Лёша поднял её на руки, и замер, только сейчас сообразив, что не знает куда идти. Но тут же двинулся, решив, что сейчас важно убраться отсюда подальше, а уже потом думать об остальном. Идя с Катей на руках, он невольно ждал щелчка, в памяти всплывали картины прошлого, брат с той неблагодарной дрянью на руках. Алексей упорно гнал от себя эти воспоминания, говоря себе, что нет ничего общего. Они в условно мирное время, на российской территории. И Катя не та подлая дрянь, а возможно единственная в мире, ради кого действительно стоит умереть, или жить. Мужчина выбрал направление в горы, и уже минут через пять, понял, что не ошибся. Три мотоцикла разъехались в разные стороны, направляясь вниз по склону. Да, в этом Леша был прав, что бы уйти от погони, лучше всего выбирать направление противоположное правильному. Три мотоцикла, значит погибли, ну или недееспособны трое. Скорей всего Карим среди погибших, это хорошо, несмотря на свою показное миролюбие, он был опаснее остальных. Многодневное голодание и побои дали о себе знать, спустя полчаса, мужчина почувствовал необходимость в передышке. Он аккуратно опустил девушку на траву, положил её голову себе на колени, сам облокотился о дерево. Нежно перебирая пальцами её мягкие, спутавшиеся волосы, начал разговаривать.
– Кать, а помнишь…– Леша тихо говорил, пытался как-то достучаться до неё, но девушка не реагировала. Мужчина внимательно смотрел на свою маленькую девочку, не веря в произошедшее. Она с первой встречи показалась ему очень красивой, а узнав её ближе совершенно не хотелось смотреть на неё как на женщину, с ней было легко и весело, ему это нравилось. Он понимал, что узнай он о её чувствах раньше, до того, как он понял на какое мужество, данное не каждому мужчине, она способна ради него, то отнесся бы к ней как к очередной девке. Алексея всегда очаровывала и забавляла её наивность и неосведомленность. Боже, её изнасиловал собственный отец, как она вообще смогла жить и ещё доверять кому-то!? “Почему мне? Я всегда вел себя как скотина! Я однажды даже пытался соблазнить её!” Он вспомнил её лицо там в горах, и тогда он принял это за страх, но теперь он знал как выглядит настоящий страх на ее лице и понял, тогда был страх разоблачения. Она знала какой он, понимала все ещё тогда, и, ради сохранения их дружбы, терпела все его шутки и его девиц. А сегодня ради него, вместо него, она добровольно пошла в ад. Сможет ли он когда-нибудь дать ей хоть часть того, что она заслужила. Леша вдруг понял, что стена, так крепко возведенная и так долго укрепляемая, пала от этих невинных, повидавших столько страданий, глаз. Крепость была взята одной маленькой девушкой, чьё мужество равное мужеству десятка отважных мужчин. Разрешить себе полюбить Катю, было самое лёгкое и радостное событие в его жизни.
