Так, ладно…
– Дорогое внутреннее сопротивление, почему ты не хочешь, чтобы я пустил ток через тело этого типа?
К моему удивлению, внутреннее сопротивление ответило быстро и без долгих раздумий.
– Привет, – сказало оно. – Итак: могу себе представить, что места, к которым присоединят клеммы, будут очень сильно вонять. От этого запаха в носу ты никогда не сможешь избавиться, и он всегда будет тебе напоминать, что ты мучитель. С нечистой совестью.
Все ясно. Взял на заметку. Теперь второй вопрос.
– Дорогое внутреннее сопротивление, а чего бы ты хотело взамен?
– Разве ты не можешь просто предложить этому типу два-три кексика, и тогда он выложит тебе все и без электрического тока? Тогда и совесть твоя останется чиста, и ответ ты получишь.
И вот совершенно автоматически я обнаружил позитивное намерение своего внутреннего сопротивления: оно хотело просто и трогательно уберечь меня от угрызений совести.
Мое внутреннее сопротивление хотело уберечь меня от угрызений совести. И поэтому я назвал его так: совестливость.
Теперь мне было ясно, что проблема в угрызениях совести, из-за которых я не могу пустить ток через тело незнакомого человека, глядя ему в глаза. Но угрызения совести будут гораздо сильнее, если этот тип причинит вред моей дочери, мне или кому-то из моего окружения только потому, что я не был готов выдержать запах паленой кожи. Чистая совесть из-за того, что я смог уберечь близких мне людей, перевесит нечистую совесть из-за причинения вреда незнакомому человеку. А чтобы моя совесть не оказалась изгрызенной напрочь, я воспользуюсь сразу двумя возможностями объединить побуждение и сопротивление. Я предложу этому типу два-три кексика и спрошу его, готов ли он ответить на все мои вопросы. Если он откажется, то я без всяких угрызений совести подстегну его электричеством. А против запаха мне поможет ментоловая мазь моей дочки, которую я забыл ей отдать.
Прежде чем Саша и парочка приступили к делу, я повел себя последовательно и обратился к человеку на стуле. Я любезно улыбнулся ему и вежливо предложил два-три кексика. Он отказался. Ну ладно. Я спросил его, готов ли он ответить на два-три моих вопроса. Он опять отказался. Что ж, прекрасно. Я помазал свою верхнюю губу ментоловой мазью. Секьюрити-парочка и Саша тоже с благодарностью воспользовались ею.