Выяснилось, что ребенок приблудный. Маслов, проходя по холлу на втором этаже, где располагаются кабинеты руководства столичного Главка, увидел это чудо с косичками, уютно расположившееся на мягком диванчике, обложившись учебниками. Прикусив от усердия язык, девочка выводила в тетради циферки, трудясь над домашним заданием.
Сцена была абсурдная. Толстые стены казенного учреждения слышали все – и крики, и матюги, и даже пистолетные выстрелы. Но детские голоса звенели здесь крайне редко.
Внимания на нее почему-то никто не обращал. Ну, сидит ребенок, делает уроки, значит, так и надо. Может, это внебрачная дочь начальника ГУВД. Или внучка.
Девочка вполне освоилась, когда к ней подсел Маслов:
– Привет.
– Здравствуйте, – вежливо улыбнулась она ему.
– Кого ждешь?
– Никого. Я в музей пришла.
Это был какой-то абсурд. Когда человек сталкивается с ним, то первая реакция – голова идет ходуном, переключаясь на новую реальность. А потом уже нетрудно поверить во что угодно – в инопланетян, параллельные Вселенные, гостью из Будущего из книги Кира Булычева «Сто лет тому вперед».
– Какой музей? – изумился Маслов.
– Милицейский.
Выяснилось, что девочка училась в средней английской школе № 1278, что на Петровке, 23/10, которую в свое время закончил народный артист Андрей Миронов. Жила она тоже неподалеку. И слышала от учителей, что в желтом огромном здании, вокруг которого крутится столько дяденек и тетенек в форме, имеется страшно интересный милицейский музей. После уроков она просто подошла к боковым воротам, куда как раз въезжал автозак. За фургоном, не замеченная постовым, прошла на территорию, долго бродила, но музея так и не нашла. Поднялась на второй этаж. Обнаружила холл с большими мягкими креслами. И решила перевести дух, а потом продолжить поиски. А чтобы не тратить время зря, взялась за домашнее задание.
– Ха, комендатура мне должна будет, – потер руки Маслов. – Займитесь пока ребенком. А я пару звоночков сделаю…
Лиза всплеснула руками и засуетилась вокруг девочки. Вытерла ей щеку, на которой расплылось чернильное пятно. Вытащила из шкафчика бутерброды и конфеты. Поглаживая по голове, усадила за стол со словами:
– Пей чай. Проголодалась?
– Ну, если только немножко, – отвечала кудесница в бантиках.
– Ешь.
– А музей будет?
– Будет, крошка. Конечно, будет.
Расчувствовавшаяся Лиза дозвонилась до кабинета профессионального мастерства – на деле это был знаменитый, закрытый для широкой публики музей МУРа, где хранились вещественные доказательства и фотоматериалы по самым знаменитым уголовным делам. Договорилась с ответственным. И после непродолжительного перекуса повела девочку осматривать музей.
До милиции Лиза работала преподавателем в школе, потом в инспекции по делам несовершеннолетних, уже оттуда пришла в МУР. И до сих пор ее тянуло к работе с детьми.
– Кто в милиции служил, в цирке не смеется, – покачал головой Уланов, глядя на захлопнувшуюся дверь.
Он вернулся к анализу ответов на запросы, полученных из регионов. И тут на столе отчаянно зазвонил новенький желтый телефон.
Звонок был установлен на самую большую громкость, чтобы его было слышно даже в других кабинетах. Телефон этот принадлежал сомнительной фирме «Купим ордена дорого», которой заведовала Лиза.
– Алео, – послышался томный женский голос.
– Я весь внимание, – заворковал Уланов.
– Я насчет орденов. Вы что, правда их покупаете?
– Обязательно, – кивнул Уланов.
Десять дней назад Московская городская телефонная сеть провела им в кабинет телефон с номером, которого не было ни в одном справочнике. Постарался замначальника Главка, руководивший штабом по раскрытию убийства адмирала Богатырева. Он был из чекистов, а для них телефонные станции – это дом родной. У них там «кнопки» стоят – то есть прослушка. Вопрос решился в два дня. И теперь Лиза принимала звонки по желтому телефону, который прозвали «барыжным».
Уланов не слишком верил в эту затею. Какое-то газетное объявление. Какой-то непонятный номер. Но, как ни странно, звонки пошли валом. В основном люди пытались узнать, что сколько стоит. Но некоторые назначали встречи.
Лиза настолько вошла в образ прожженной спекулянтки и так лихо научилась торговаться, что Маслов порекомендовал ей задуматься о карьере на этом поприще.
– Будешь завмагом. Нас задарма кормить станешь, – внушал он.
– Да вас не прокормишь, – отвечала она. – И где это ты чего от торгашей задарма видел?
Смех смехом, а за десять дней удалось раскрыть два преступления. На встрече муровцы взяли за шкирку парня лет восемнадцати, который притащил на продажу ордена, украденные им у деда своей знакомой.
– А ему они зачем? – искренне недоумевал он. – Лежат и лежат. А я договорился купить пластинку «Квин». А она девяносто рублей с рук стоит.
Чокнутого меломана задержали.
Еще через три дня взяли квартирного воришку, в числе прочего похитившего несколько медалей и орден Славы.
