Ни безуспешно тренировалась, все больше распаляясь. Такая милая, когда злится! Надо нарисовать ее такой. Критир сел под деревом и стал набрасывать забавную раскрасневшуюся малышку с огромными горящими глазами с золотистыми искорками на дне. Пара коротеньких косичек торчала в разные стороны, а рукава ученического платья, сшитого явно на вырост, были подвернуты почти по локоть. Ее окружал поток легкой золотистой дымки. Девочка злилась все больше, топая ножкой при каждом провале. Критир еле удерживался, чтобы не рассмеяться. Какая страсть!
— Обязательно получится, пробуй еще! — подбодрил он ее.
Ни серьезно кивнула и стала немного спокойнее.
Пожалуй, техника уплотнения действительно сложновата для новичка. Она с разной степенью успеха выходила и у более опытных адептов и прекрасно показывала уровень контроля над энергией. Тренировать ее можно до бесконечности. Наверное, поднять книгу такой хиленькой энергией при желании смог бы и средний адепт, при некоторой тренировке — и младший. Но для новичка это действительно тяжеловато.
Пока же у Ни не получалось даже просто применить технику, уплотнив дымку хотя бы немного, искорки энергии рассыпались и просачивались сквозь дыры в ее контроле. Она раз за разом проваливалась, теряя концентрацию.
Критир нарисовал, как Ни поднимает книгу своей энергией, и показал ей. Та вдохновленно схватила работу:
— Спасибо! Я постараюсь!
Кристалл на поясе вспыхнул, Критир похлопал ученицу по плечу и засобирался в дом.
— Успехов. Я отойду ненадолго.
Зайдя в дом, Критир накинул плащ и потер темный кристалл, спроецировав на стену изображение покрытого плащом Главы:
— Приветствую, Глава.
— Критийре, я просмотрел твой доклад о потенциально опасных зонах. Как думаешь, насколько скоро ситуация ухудшится?
— Полагаю, есть несколько ключевых точек, при прорывах в которых мы столкнемся с действительно большими проблемами. Все зависит от того, насколько быстро этот момент наступит. Как только их прорвут, мир разойдется на пять кусков по этим швам.
— Прорвут? Ты о следах оскверненной энергии в последних образцах?
— Да. Скорее всего, это дело рук сектантов⁴, все слишком быстро происходит.
— Они отправили действительно много адептов на Последнюю битву. Думаешь, они оправились от таких потерь за какие-то полсотни лет?
— Есть ли какая-то информация об их численности? Они привели тогда элькринов больше, чем сейчас в общине Кона² всего есть, раза в три.
— Да, я тоже был неприятно удивлен. Откуда они только берутся? Жаль, но точной информации о численности нет даже в общине Эйрола⁵, — кивнул Глава.
«Удивление не помешало тебе ударить в спину предыдущего Главу общины Кона² в ходе битвы», — усмехнулся про себя Критир, а вслух сказал:
— Глава, нам позарез нужна информация о проводимых ими ритуалах. Их нужно как-то остановить. Все, что мы сейчас делаем — тушим пожар из кружки.
— Я запрошу. У меня есть несколько серых книг, но в них нет ритуальной части, нужна более продвинутая версия учения.
— Отправь, что есть.
— Критийре, там… ладно, взглянешь сам, — усмехнулся Глава.
В руки Критира упало Учение Иста⁴ в серебристо-сером переплете.
— Это наиболее полный экземпляр. Но такое ощущение, будто эту книгу писали под веселой травой: одни и те же куски описываются по нескольку раз с разными значениями.
— Посмотрю.
— Счастливо, — отозвался Глава и прервал связь.
Критир пролистал книгу и брезгливо выронил ее на пол. Учение включало в себя огромный раздел по пыткам с иллюстрациями, скромно названный «методы сбора информации». Не то чтобы Критир раньше такого не видел, но материал преподносился как «познание собеседника через любовь». Глава прав, Учение точно писал безумный лич! Кто еще мог придумать такое?!
За время службы Эрву³ Критир сталкивался с весьма разнообразными представлениями о любви, но нечто настолько извращенное видел действительно впервые. Даже личи не заходили настолько далеко в своей «любви» к плоти и крови живых. Ист⁴ оказался действительно странным. Похоже, за тысячи лет этот Лов действительно неслабо тронулся умом.
Критир спрятал книгу в столе в спальне, подальше от глаз любопытной ученицы. Лечить неокрепшее сознание от психологических травм в его планы не входило. Уж лучше пусть его работы смотрит, если на то пошло. Он взял пухлую белую папку с рисунками из верхнего ящика стола и пролистал. Ох, сколько славных воспоминаний! В общем-то, Ни не сможет найти здесь чего-то особенно странного. По крайней мере, на его вкус. Просто обнаженные девушки. Критир переложил папку рядом с мольбертом на видное место. Если любопытная девчонка и залезет к нему, точно отвлечется на некоторое время на работы и не наткнется на мерзкую книгу.
