Спустя минуту к нам подошел мой противник, поздоровавшись с деканом, а меня демонстративно проигнорировав.
— Дуэль будет проходить до первой крови, — твердо произнес учитель, переводя взгляд с меня на князя и обратно. — Это решение руководства школы. Метательное оружие запрещено, применение магического оружия запрещено, применение защитных амулетов и артефактов запрещено, применение магии запрещено. Только холодное оружие, находящееся в руке.
— А если, допустим, я отрублю ему голову? — спросил мой противник.
Меня этот вопрос тоже интересовал — ведь первой кровью могут быть и царапина, и отрубленная рука или голова.
— Если это совершено с одного удара, значит — такова воля Богов, — ответил учитель, а князь ухмыльнулся. — У вас есть несколько минут, чтобы подготовиться.
Я же удивился упоминанию богов, ведь в этом мире они отсутствовали. Ну, наверное… ведь Тот О Ком Не Помнят все-таки помог мне здесь. А вот, так сказать, местных, мне кажется, нет. Энергия их, то есть высших порядков, присутствует — вспомнить хотя бы зиккураты индейцев, но вот самих этих высших существ — нет. Но в разговорах они частенько упоминаются, причем и у людей, и у эльфов. По крайней мере, Айвинэль упоминала свою Богиню.
От мыслей про богов я перешел к дуэли. Декан ясно дал понять, что оружие должно быть в руках, а значит, мне необходимо снять соединительную цепь, чтобы никто не мог сказать, что я действовал не по правилам. Поэтому я прокручивал в голове рисунок боя без метания серпов. В специальном помещении я снял с себя перевязь, разделся до пояса, и уже сделав шаг к арене, сообразил, что проделал это автоматически, думая о предстоящей дуэли. Здесь же не гладиаторская арена, но я махнул на это рукой — в конце концов, мне так привычнее.
На арену я выходил уже в состоянии измененного сознания, вспоминая все нюансы тренировки, когда движения у меня были идеальны. Сразу заметил небрежность моего противника наравне с самоуверенностью и превосходством. От таких ударов я легко ушел. Спустя еще несколько атак тактика князя изменилась, как изменилось и его отношение к бою. Его атаки стали более смертоносными, связки более неожиданными. Но меня уже захватило чувство боя, мозг просчитывал возможные действия противника, направления его атак, а тело послушно перетекало из одного положения в другое. Я по-прежнему только отклонялся и уходил от него, чем вызывал его злость. Но моим желанием было не это — хотелось посмотреть на его стиль боя, заметить промахи, если они есть, наметить возможные контратаки. Фехтовал он шпагой в правой руке и дагой в левой. Я ранее не сталкивался с таким сочетанием ни в своем мире, ни здесь, поэтому и хотелось рассмотреть его подробнее. Внезапно глаза князя полыхнули сильнейшей злостью, и он ускорился.
Мне тоже пришлось перейти на ускорение, но двигался я все же медленнее. Однако в данный момент это было неважно. Невероятное чувство ритма боя захлестнуло меня, и я начал свой смертоносный танец. Я думал, что на тренировке он был идеален? Нет, я осознал, что это не так. Правы были мои учителя, говоря, что только во время настоящего боя можно почувствовать оружие, выкованное настоящим мастером. Серпы были мной, продолжением рук, слушая меня с полумысли. Да, я проигрывал в скорости, но это ничего не значило — я уже заранее просчитывал, куда будет направлен тот или иной удар. Вот как сейчас — правая рука князя начала атаку, но это обманное движение, если судить по кисти, локтю, вектору атаки — чуть смещаюсь в сторону и поднимаю серп вверх для подстраховки. И плавно, если это можно сказать о движении на таких скоростях, делаю шаг влево.
Чувство невероятной эйфории заполонило меня всего. Смертельный танец — это о нем говорили отец и командир наших охранников, когда обучали меня. И именно этот парный танец смерти танцевали родители в своем последнем бою. Я даже периодически чувствовал некое нетерпение своего оружия, словно оно тоже жаждало поучаствовать в нем, но у него не получалось. Ритм боя, ритм смерти, и только сильнейшая установка в мозгу на недопустимость смертельного исхода немного омрачала его. Ибо этот танец требовал гибели моего врага. Пора заканчивать. «Значит, до первой крови? — мелькнула мысль. — Будет первая кровь!», — ответил я ей.
От этой его связки я все время уходил, делая шаг назад и одновременно приучая противника именно к такому действию. Сейчас же я отступил только для того, чтобы сильно оттолкнутся и прыгнуть вперед и чуть влево. Его шпагу, которая летела в плечо, я впервые за весь поединок отвел в сторону. Причем сделал это левой рукой, что было неудобно. Правая же вылетела вперед, меняя хват на обратный. Движение кисти — и серп оказывается как раз между ног князя, а инерция несет меня дальше. Чувствую рывок правой руки, но я готов к этому, поэтому просто сжал крепче оружие.
