– Милая моя девочка, – ворвался голос Рэна в нашу с Гаем битву взглядов. – За все это время ты так и не поняла, что нельзя стать спасителем мира и прожить долгую счастливую жизнь? Героями становятся только посмертно.
Не раздумывая, я бросилась к алтарю, чтобы схватить амулет. Когда до него остался буквально шаг, я протянула руку, но меня снесло мощной волной вбок.
– Куда это ты собралась?! – взревел Рэн, но пока я переворачивалась на спину, его голос оборвался.
Прижавшись к стене, я с трудом успевала следить за перемещениями двух магов. Гай подлетел к Рэному, едва касаясь ногами пола, и схватил того за шею. Любого другого это убило бы на месте, но Рэн только сипло рассмеялся. А потом на моих глазах шея его стала тоньше, не давая Гаю как следует сжать пальцы. Он схватил брата за ворот плаща и отшвырнул от себя, как беспомощного котенка.
– Гай, держи! – крикнула Самита, бросая ему какой-то клубок.
От удара о пол тот распался и превратился в дюжину одинаковых мужчин. Все они выглядели в точности как Гай и начали окружать Рэна. Я вскочила на ноги, успевая про себя отметить, что Самита, оказывается, умеет создавать не только безобидные иллюзии. Мне нужно было добраться до алтаря.
От очередного удара стены и пол древнего храма содрогнулись, и я не удержалась на ногах. Перекатываясь ближе к алтарю, заметила сноп искр, который сыпался прямо с постамента. Похоже, Рэн сделал попытку уничтожить амулет с расстояния, но ничего не вышло: на алтаре появилась лишь черная подпалина. На этот раз я решила не вставать, чтобы не становиться отличной мишенью, а поползла.
– А ну, иди сюда, – раздалось над головой шипение.
Удар мы нанесли одновременно с Гаем, и тело Рэна снова оказалось на противоположной стороне храма. На этот раз в потолке появилась дыра размером с его голову, а в эту дыру падал луч солнца, образуя столб пыли. Сколько бы иллюзий ни создавала Самита, они не могли справиться с Рэном. Какими бы сильными и точными ни были удары Гая, он вставал, отряхивался и с улыбкой сумасшедшего снова бросался в бой.
– Какой смысл сопротивляться? – он разве руками, после того как в очередной раз поднялся из груды обломков. – Если будете себя хорошо вести, я оставлю вас в живых. Вы все трое будете служить напоминанием о моей славной победе. В новом мире, где я буду богом!
Это было бесполезно. Нам ни за что не победить его, используя только свои силы. Даже если мы ударим вместе, он просто посмеется и продолжит выматывать нас. Если Рэна не убить, он осуществит задуманное: сначала избавится от меня и Гая, а потом примется опустошать миры. Один за одним, пока не останется ничего, кроме серого пепла.
Воспользовавшись тем, что Самита создала очередную иллюзию, я юркнула за алтарь. На глаза внезапно набежали слезы – так сильно не хотелось умирать. Я шмыгнула носом, вытирая влагу и осторожно выглядывая из-за алтаря, чтобы понять, где Рэн. Готова ли я умереть? Спасти всех, но погибнуть сама? Почему я? Почему однажды дурацкая безделушка показала на меня? Получается, все продолжат жить и получат безопасный мир, а я останусь лишь в чьей-то памяти? Я заорала, со всей силы ударяя кулаками по полу.
– Проклятый Гай Морок!
Я выскочила из-за алтаря, хватая амулет. Он не просто так провел столько времени в Зале всех судеб. Магу действительно удалось найти ту меня, которая не сможет отказаться. Пожертвует собой ради других.
Едва амулет оказался в моих руках, как в храме стало тихо. Самита бессильно повалилась на пол, а ее многочисленные иллюзии вмиг растворились в пыльном воздухе. Рэн замер, выпучив на меня большие глаза, а его брат резко повернулся, взмахивая плащом. Я сжала вещицу в руках, пытаясь понять, как она работает. Внезапно в груди стало тепло. Я чувствовала, как растет сила, наполняя и буквально разрывая меня на части.
Мои глаза сами нашли Гая. Не знаю, чего я ждала. Что он хотя бы закричит: «Дея, не делай этого!»? Но маг просто молчал. Более того, в его взгляде отражалось нетерпение, он словно желал, чтобы я побыстрее нанесла удар и покончила со всем. Я усмехнулась – ничего у меня не получилось. Гай Морок как был сухарем, так им и остался. Он нашел меня и привел в свой замок, чтобы я сделала это. А теперь будет молча стоять и смотреть, как я умираю.
Обида разрывала все внутренности на части, и я поджала губы, чтобы не расплакаться. В конце концов, это только мои проблемы. Похоже, в отличие от меня, у Гая получилось держать себя в руках. Это я влюбилась как дурочка, хотя и обещала не допускать ничего подобного.
– Я делаю это не ради тебя, – произнесла я тихо, не сомневаясь, тем не менее, что маг меня услышит. – Это ради мамы и папы. Ради Хакона, который обязательно найдет девушку, которая его полюбит. Ради Мракии, которая заслужила хоть немного света и тепла. Ради всех других.
Гай едва заметно кивнул, давая понять, что услышал. Рэн попятился назад, опасливо поглядывая на мою руку, которая уже пылала от с трудом сдерживаемого потока силы. Сконцентрировавшись, я ударила. Грудь тут же опалило огнем. «Это оно? Я превращаюсь в пепел?». В глаза потемнело.
– До свидания, Гай, – прошептала я пересохшими губами, и свет окончательно померк.