Силуэты Тобрия, Эйза и Энн склонились у костра, кажется Риске пытался в очередной раз меня опорочить. Мерзкий человек. И что я здесь делаю? Меня задолбал этот лес, эта проклятая ограниченность в магии, это бессмысленное путешествие и постоянные спутники. При общении я держала себя в руках, но жизнь в замке Лэйра Сартера сделала из меня редкостную мизантропку. Одно дело пару тио разговоров, а другое круглосуточное присутствие рядом с теми, от кого надо скрывать слишком много, а главное способность к прямому воздействию. Видите ли вдруг Энн действительно маг, она увидит и все поймет — бродячая девица без хорошего учителя на такие штуки априори не способна.
— Да она еще девчонка, ей не больше восемнадцати. Это пока ей везет, но с какой бы она легкостью не прыгала по Темному лесу, вести других она не может! — Тобрий повысил голос, видимо рассчитывая, что я услышу.
— Этим должен заниматься ты, — устало ответила Энн, прикрыв глаза.
Интересно, а ей сколько лет. Выглядит чуть старше 20, но что‑то говорит, что, куда больше. А если она и маг. То с одинаковой вероятностью может быть и просто 25 и 250… А хочу ли я прожить до 250? Вечномолодая и всемогущая.
Я отчаянно постучалась головой о ствол такфиса — вот до чего меня довели! Ни на чем серьезном сосредоточится не могу, одни только глупости, как будто мне снова блаженные четырнадцать! Этак скоро учитель опять начнет меня лупить пси — плетью. Эта мысль меня развеселила — сейчас чтобы причинить мне боль нужно что‑то посерьезней.
Я подошла к костру и втиснулась между Энн и Эйзом, взяла миску с опостылевшей походной кашей и посмотрела в недовольные глаза проводника:
— Мне вообще‑то шестнадцать.
К недовольству присоединилось возмущение. Кажется, кто‑то считал, что таким маленьким девочкам надо дома играть в куколки.
Да я бы с радостью, честное слово.
— Ты серьезно? Я думал тебе больше лет, — растерянно произнес Эйз, зачем‑то легонько похлопав по руке.
— Иногда мне тоже так кажется, — мудро покивала я. Энн фыркнула.
— Где твои родители?
В другом мире. Смею надеяться, живы и здоровы. Я давно их не вспоминала. Чертовски давно.
— Их нет, — в принципе не ложь. Для меня их нет, для этого мира нт.
Ненавижу упоминания о родителях.
— Где ты нахваталась темномагических знаний? — продолжила допрос Энн.
— Где давали, — я буркнула и поспешила перевести тему. — А сама ты кто? Я же не дура, понимаю что ни какая не племянница Робу Лоррету.
Энн рассерженно прищурилась, видимо не желала, чтобы свидетелем подобного разговора стал посторонний проводник. Тобрия перекосило:
— Ну и пожалуйста, я в ваши дела и не собираюсь лезть. Но так открыто ставить меня выше какой‑то малолетки просто напросто недостойно.
Этот образец достойности гордо поднялся, и отряхнул одежду:
— Схожу проверю… — что проверит он не пояснил.
— Э, постой! Лучше далеко не отходить, сам знаешь, что это не безопасный сад, — сочла своим долгом предупредить я.
В ответ Тобрий меня грубо постлал в постель к проклятому и пафосно скрылся во тьме.
— Что б тебя рокшаты искусали! — я в сердцах прокляла безмозглого дестмирца. Слишком эмоционально. Я поспешила проверить потоки маэн, но вокруг все выглядело спокойно, а фигура проводника скрылась.
Надеюсь, я это не прокляла его по — настоящему. Спонтанное проклятье в местах сосредоточия переплетений темных потоков маэн у юных, недоучившихся темных магов обычное дело, если верить признанным специалистам в данной области.
Энн, наверное, тоже что‑то такое слышала, раз смерила меня столько укоризненным взглядом. Эйз смотрел с настоящим суеверным ужасом, но Тьма поймет, что творится в его запудренной прекрасной Энни голове.
Мы некоторое время глупо помолчали.
— Так кто я по — твоему? — Энн все‑таки решилась продолжить разговор.
— Ну… — пока я думала, как бы не соврать и не сказать всей правды, Эйз, благородный джентльмен, достал из мешков меховые одеяла из шкуры белого волка и набросил на плечи Энн, а после некоторых раздумий и мне.
— Наверное, ты что‑то вроде тайного агента алмазной земли.
Она засмеялась.
— Ты явно читала детективы Лушьена.
Понятия не имею, кто это такой, и какие детективы пишут в этом мире. Лэйр Сартер до сих пор держал меня подальше от художественной литературы. А в Цейре я как‑то и не вспоминала о давнем желании почитать что‑то художественное, жутко представить, но я научилась получать удовольствие от пугающе объемных и запутанных научных трудов по магии с формулами и схемами переплетений потоков маэн.
— Так ты не агент? — уточнила, когда пауза стала слишком большой.
— Не думаю, что если я была бы агентам, как ты говоришь, мне следовало бы признаться. Тайная служба на благо Леди Инессы на то и тайная.
— Тогда какой ты маг? — мстительно спросила я, в ответ на насмешливый тон. Эйз копошился где‑то позади, и я сидя у костра, рядом с Энн, укутанная и согревшаяся, чувствовала себя удивительно уютно. Как со старой подругой.
Моя не — подруга побледнела.
— С чего ты взяла, что я маг? — тон изменился. Чувство тепла и покоя испарились со скоростью шоха, а одеяла показались колючими.
