Эви открыла рот, чувствуя, как застучало сердце, а Фритц достал из кармана другой плакат. Этот очень внятно изображал… её саму.
ПРЕСТУПНИЦА
ЭВИ СЭЙДЖ
РАЗЫСКИВАЕТСЯ ЗА ИЗМЕНУ
СООБЩНИЦА ЗЛОДЕЯ
ВООРУЖЕНА
ОПАСНА
НАГРАДА: 300 ЗОЛОТЫХ
Рисунок был более-менее похож, но глаза изобразили по-злодейски раскосыми, а буйные кудри будто растрепал порыв урагана.
– Сэр! – окликнула она. Она уже протрезвела, но всё ещё была капельку навеселе от цветка. – У меня свой плакат!
Злодей с тревогой посмотрел на листок, затем снова на неё, будто беспокоился, не расплачется ли она.
– Как же это… круто! – просияла Эви. Слово «опасна» польстило ей больше, чем следовало. – Джентльмены, мы определённо сможем выплатить обе награды. Злодей крал у знати более десяти лет и сколотил состояние на… подработках, скажем так.
Речь шла о наёмничестве, но бандюгам незачем было об этом знать.
Фритц наклонился к ней, уперевшись локтями в колени.
– Я тебя не к королю везу. Я везу тебя к боссу. Вот увидишь… – Он замолчал. Эви переглянулась со Злодеем и, затаив дыхание, стала ждать, что расскажет главный бандит. – Я репетирую главную роль в осенней постановке местного театра. Мой персонаж – похититель, и мне хотелось бы разобраться в вопросе.
Эви вскинула брови, посмотрела на босса и выговорила:
– Такого я даже не предполагала.
У неё имелось твёрдое подозрение, что, если бы босс сейчас мог потереть переносицу, он бы так и сделал. Это было даже мило – приятно, когда знаешь кого-то достаточно хорошо, чтобы предугадывать дальнейшие слова и поступки. Мало кто был ей настолько близок.
Лодка затряслась и остановилась. Фритц вскочил, едва не задев головой потолок.
– Тащите их внутрь, и чтобы никто не заметил. Босс закипит, если до гостей чего дойдёт!
Крепкие руки подхватили Эви и потащили из качающейся лодки обратно на жгучий солнечный свет. Было сыро, и платье неприятно липло к влажной коже. Эви услышала громкие голоса и шум за дверьми задолго до того, как они вошли, а внутри её окутала вонь пота и старой обуви. Видимо, прямо за стеной располагался театр.
Злодей рванулся из пут, из рук троих человек, которые держали его. Было похоже на начало плохого анекдота. «Сколько нужно актёров, чтобы победить Злодея?»
Эви хихикнула и пробормотала себе под нос:
– Дуглас, запиши-ка.
Злодей закатил глаза. Пленников сразу свели вниз по какой-то лесенке и оставили за деревянной загородкой в маленькой, но удивительно чистой камере.
– Раньше мы держали в водяном погребе буйных зрителей, если переберут – чтобы протрезвели, – пояснил Фритц.
Водяной погреб заслуживал своего названия. В верхней части стен через одинаковые промежутки были прорезаны длинные прямоугольные окна, а за ними плескалась вода каналов. Погреб был не просто под землёй, он был ниже уровня реки.
– До утра уютненько посидите тут.
Пленники замерли. Злодей рыкнул в кляп, а у Эви открылся рот.
–
Прочие бандиты уже ушли по одному, но Фритц ещё задержался, чтобы сделать им ручкой. На его лицо вернулась недобрая улыбка – та самая, которой он одарил Эви в ответ на жалобы.
– Не дёргайтесь, голубки.
Гидеон Сэйдж не сводил с неё глаз.
Бекки с прищуром покосилась на него, перевела взгляд на ведомости, которые подписывала. Работа была монотонная и автоматическая, как раз такую Бекки предпочитала.
По крайней мере, когда на неё не пялился из угла рыцарь.
Кили и Мин повели отряд в лес в качестве дополнительной охраны против тех, кто мог бы случайно набрести на замок: в дополнение к входной двери высоко среди деревьев теперь виднелись два блудных окна. С каждым днём Бекки тревожилась об этом всё сильнее. И ещё о том, что теперь она стала нянькой этому рыцарю.
– Чем-нибудь помочь, мистер Сэйдж?
Она сложила руки на груди и посмотрела прямо на него. Если бы она избегала его взгляда, выглядело бы ещё подозрительней, а подозрений в свою сторону Бекки допустить не могла. Слишком опасно.
– Нет, прошу прощения. Просто вы напоминаете мне одну девушку, которую я как-то раз видел, когда служил в Славной Гвардии. – Гидеон покачал головой, каштановые волосы упали на лицо, на подбородок с ямочкой. – В тот раз король отправился на юг на переговоры с одним могущественным семейством.
Бекки спрятала тревогу под безразличным видом.
– Я не сотрудничаю со Славной Гвардией и никогда не имела отношения к могущественным семействам.
Их прервала Лисса, которая ворвалась с подносом печенья в руках. Её щёчки были перемазаны сахарной пудрой.
– Миз Эрринг, я помогала Эдвину сделать ещё сладостей! – Она широко улыбалась перемазанными в шоколаде губами. – Хотите печеньку?
Бекки пожала плечами, хотя у неё слюнки побежали от аромата жжёного сахара и масла.
– Хочешь дырку в зубе? Хватит есть сладкое всё время.
Лисса Сэйдж не стала принимать близко к сердцу колкость Бекки. Кажется, девочка подзаряжалась от нагоняев: она снова смачно откусила от печеньки.
– Если есть лишние, я бы угостился, Лисса, – сказал Гидеон.
Лисса нерешительно взяла с подноса печеньице и протянула старшему брату.
