Николас с удивлением воззрился на старика. Может, этот старик действительно сумасшедший? Но его глаза не были глазами безумца. Да и не выглядел старик сумасшедшим. Его движения, жесты, мимика лица, — все говорило о том, что единственным желанием этого человека является желание познать истину. Для Николаса это было откровением. Он никогда не видел человека так страстно желавшего докопаться до истины, как этот странный бородатый старик, высушенный словно таранька, но с поразительно живыми и мудрыми глазами. Огонь, горевший в груди старика, был настолько страстным, настолько мощным, что Николас даже позавидовал этому человеку, сидевшему недалеко от него, за что поспешил себя мысленно укорить. Но разобравшись в себе, он понял, что его зависть было белой завистью. Хотел бы и он желать так страстно, как старик. В отличии от старика он никогда не испытывал такой всепоглощающей страсти, ни к вещам, ни к людям. А этого старика переполняло от чувств. И что удивительно, испытывал старик эти чувства не к людям, не к вещам, а к знаниям. Николас нисколько не удивился, поняв, что восхищается этим странным стариком, бомжем, как назвал его охранник в магазине. Но не такими ли были мудрецы древности, не такими ли должны быть и современные мудрецы? Николас с прискорбием осознал, что когда этот старик умрет, мир потеряет не одного из миллиардов, а одного из единиц, одного из мудрецов, способных вести за собой человечество.
— Ах, если бы я знал, — между тем пробормотал старик и закрыл лицо ладонями. Просидев так несколько секунд, он положил руки на колени и сказал:
— Как много мы не знаем и как много нам не дано узнать. И, тем не менее, человек всегда будет стремиться познать истину, так как он создан любопытным существом. К сожалению, это будут делать не все. Многие думают, что они итак знают достаточно, ведь они учились в школе, затем в институте. А теперь чуть ли не единственный источник знаний для них — телевизор, который если и дает знания, то в большинстве случаев только те, которые направлены на разрушение, а не созидание.
При последних словах старика Николас поерзал в кресле, чувствуя неловкость. Для него телевизор зачастую был приятным способом скоротать время перед сном.
— А чем плох телевизор? — полюбопытствовал Николас. — Чем плохи знания, которые он дает? Например, чем плоха передача, которую я собирался смотреть, про творение человека?
— Я не признаю телевизор как средство для получения знаний. Это убийца времени, к тому же благодаря телевидению твой разум становится невежественным, он наполняется негативом, становится зависимым от того образа жизни, который пропагандируется по телевизору. Лучше уж книгу почитать. Из книги знаний можно получить намного больше и разных. Книга дает тебе пищу для ума, заставляет мозги работать, там нет однобокости, как в телевизоре. Если одна книга однобока, ты всегда можешь пополнить свои знания знаниями из другой книги. У тебя есть выбор, по телевизору же тебе показывают только то, что захотят показать. Человек, который проводит свою жизнь у телевизора, умрет в печали и страданиях. Но кроме книг ты можешь учиться у природы или у своего сердца, как это делаю я. Для меня это самые правдивые и полезные носители знаний, поэтому им я доверяю намного больше, чем чему-нибудь другому, даже больше чем книгам.
— И как вы это делаете? Как вы учитесь у природы или сердца?
— Наблюдаю, прислушиваюсь к чувствам, ощущениям. Природа научила меня терпению, от нее я узнал о том, что все меняется, стабильность иллюзорна, а непостоянство стабильно. Сердце же меня научило делать то, что любишь, верить в себя, не бояться и не сомневаться, когда стремишься навстречу своей мечте, научило меня быть добрым и сострадательным, помогать и заботиться, сердце расширило мои человеческие горизонты. Благодаря сердцу я познал и познаю удовлетворение от жизни, истинные счастье и радость. Жизнь сердцем изменила мою жизнь. Сегодня я не доживаю свой век в ожидании скорой смерти, трясясь от страха перед ней, а живу в спокойствии и умиротворении, веря в то, что моя жизнь после ухода из этого мира, не станет жизнью обычного человека, жизнью наполненной страданиями, страхами и сомнениями, прижимающими человека к земле и не дающим воспарить ему к звездам.
— О каких звездах вы говорите?
— О тех, что рождаются в нашем сердце, о мечтах, о жизненных свершениях и достижениях.
— О мечтах многие говорят. Но мне кажется, что человек итак неплохо воплощает их в жизнь. Я всегда мечтал о том, чтобы разбогатеть, иметь машину, дом и сегодня у меня шикарная иномарка, а во Франции есть и дом, у меня свой бизнес, который приносит мне неплохие деньги. Думаю, я достиг, как вы говорите своих звезд.
— Друг мой, ты так себя не любишь и не ценишь?
— Что вы хотите этим сказать? Как по мне я очень себя люблю, если позволяю себе жить так, как мало кто может себе позволить.
