— А тебя-то это спасет? — спросила Сима обеспокоенно.
— Да, — сказала я. — Думаю, может.
Вечером того дня, свободного от гаджетов, Фрэнсис предложил всем вместе сыграть в настольную игру, и из огромного количества вариантов дети выбрали чертову «Операцию»[118]. Я не могла смотреть на миниатюрное ведерко во время хода «Вода по колено», не думая о Мелани. А каждый раз, когда пинцет ударялся о серебристые края в «Полом Сэме», громкий резкий сигнал красной лампочки заставлял меня думать о скачущей игле полиграфа, подключенного к Рэнди.
Я без труда могла представить, как Рэнди ударяется в тупое отрицание:
Рэнди так сильно пил, когда мы уехали, что он мог не помнить, где находился в тот день, поэтому алиби было под вопросом.
— Ага! У меня тут ребрышки! — сказал Фрэнсис. Потом он внимательнее посмотрел на свою добычу: — Подождите-ка. Это не ребрышки. Это… Это картофельные чипсы! Кто тут ел последний раз, когда мы играли в эту игру? Ты, Джио?
— Нет!
Кэт смеялась как сумасшедшая.
— Да, ты!
— На воре шапка горит! — сказал Фрэнсис, делая вид, что пытается дотянуться до них щипцами. — Вы оба отправляетесь в суд за халатность!
— Извини, что? — сказала я.
Дети валялись на полу, корчась от смеха.
— Мы просто шутили насчет халатности, — сказал Фрэнсис.
У нее был такой подавленный вид.
— А, да, — сказала я. — Это забавно. Извините, я на минутку.
— Ты случайно не почту проверять идешь? — сказала Кэт с озорной улыбкой.
— Просто хочу быстренько сходить в туалет, если тебе
Через минуту я уже сидела в туалете за запертой дверью, склонившись над смартфоном с тем же вороватым видом, с которым Рэнди нюхал кокаин с ободка унитаза.
Поиск в интернете по запросу «Юрист в сфере образования + Долина Гудзона, Нью-Йорк» дал только два имени, и при этом одно из них было женским, Элизабет Эдвард. Я кликнула на второе. Это был мужчина по имени Эллиот Лебб, работающий на фирму «Басх, Лефкофиц и Лебб».
Я быстро просмотрела их сайт:
«Наши юристы имеют практику работы во всех штатах, а также в рамках федеральной судебной системы… Они имеют обширный опыт взаимодействия со всеми аспектами школьного и муниципального управления…»
По профилю Эллиота Лебба на сайте я сразу поняла, что он из тех людей, которых я всегда обходила стороной, выбирая себе цель. Объемные волосы. Маленькие, колючие глаза. «Я могла ее предостеречь…» — подумала я. Если бы только Мелани доверилась мне… Я могла бы предупредить ее, что такие люди, как Эллиот, всегда мечтают о счастливом конце, но при этом готовы на любые подлости и каверзы. Они везде ищут для себя выгоду и никогда не рискуют.
Я снова вернулась в поиск и спросила Гугл, может ли по закону адвокат спать со своим клиентом. Эллиота могли отстранить от юридической практики на три года за связь с Мелани. Неудивительно, что он дал ей одноразовый телефон — тот самый, который она вернула ему, когда он сказал, что никогда не уйдет от жены.
— Марианна, — позвал Фрэнсис.
Когда я открыла дверь ванной, перед ней стояли Фрэнсис и Кэт.
— Прости, что побеспокоили тебя.
— Это
В дверях меня встретил мужчина в засаленном балахоне и молодая пара, которую, как мне показалось, я раньше никогда не видела. Женщина держала на руках маленького ребенка в ползунках, и выражение ее лица было как у актрисы из фильма-катастрофы. Можно было подумать, что за ее спиной сейчас поднимется торнадо.
— Это наши соседи снизу, — сказал Фрэнсис. — И водопроводчик. Одна из наших труб лопнула, и у них залило гостиную.
— Какой ужас, — сказала я слишком по-британски. — О нет. Просто кошмар.
Фрэнсис продолжил разъяснять мне ситуацию, как будто между мной и пострадавшими был языковой барьер.
— Нам нужно освободить квартиру, пока они будут искать причину засора.
