Учитель (СИ) полностью

- Да брось, ма, - сказал Сашка-младший, работая челюстью. - Видишь, человек за книгу взялся, вот и решил тебя обрадовать новостью, а ты говоришь, пугает. Этим точно не испугаешь. Меньше думай о плохом, оно тебя стороной и обойдет. А будешь звать лихо, оно не заставит себя долго ждать.

- Кто его знает, Сашка, может ты и прав. Но все равно на душе тревожно, авось что-то да случилось. С чего-то ему да и приспичило начать что-то там писать. Что ни говори, а на все есть причина. Дыма без огня не бывает.

- Не бывает, - кивнул Сашка, берясь за стакан с компотом. - Но почему обязательно должно произойти что-то плохое?

- Не знаю. Вот чую и все.

- Меньше об этом думай и не будешь чуять, - хмыкнул Сашка, после чего допил компот и поставил стакан на стол. - Я готов. - Можем идти узнавать, что там у бати за разговор к нам есть.

- Идем тогда, - Надежда Васильевна выключила кран с водой и вытерла руки о полотенце. - Что его ждать-то? Итак извелась вся.

Александр Петрович сидел в зале и смотрел новости по телевизору.

- Неужели в мире ничего хорошего не происходит? -думал он, слушая известие о том, как ограбили очередной банк то ли в Донецке, то ли в Днепропетровске. - Разве может человек думать о чем-то хорошем, когда на него со всех сторон льются потоки негатива. А может это специально делается? Есть же люди, которые смотрят за тем, что попадает в эфир, что лучше показать, а что - не стоит. Вот и решает какой-то нелюдь показывать насилие, смерть, ограбления, пиратов, бедствия. И без того народ боится по улицам ходить, а тут его еще больше запугивают. Только никак не пойму, зачем это делается?- старик посмотрел на Шарика, прибежавшего с кухни. Собака покрутилась, покрутилась, да и улеглась на диван.

- Вот если я Шарика начну запугивать, что из этого получится?- размышлял Александр Петрович, выключая телевизор. - Тогда он будет меня бояться. И что дальше? А дальше то, что я смогу им управлять, как мне вздумается. Он будет бояться, значит будет слушаться. Неужели и с людьми так? Держат в страхе, чтобы управлять ими легче было? Как это все сложно, как запутано. Но главное, до этого нет никому дела. Люди живут в собственных скорлупках-мирах и боятся нос высунуть наружу. Что же это такое? Неужели так мы и должны жить? В зависти и ненависти, с сиюминутными вспышками добра и радости. Нет, это неправильно. Так не должно быть. Иисус, Будда, все великие мудрецы прошлого учили не этому. Разве они говорили, что надо жить во зле? Разве о ненависти или зависти они говорили? Нет, только о добре, к ближнему, к животным, к окружающему миру. Так почему же человек забыл эти простые истины? Почему он продолжает жить разумом? Сколько вопросов! А где же ответы?

- Сашенька, что ты нам хотел сказать? - в зал вошла Надежда Васильевна, а за ней и Сашка-младший. - Мы уже освободились.

- Очень хорошо, - кивнул Александр Петрович. - Садитесь на диван. Я хочу с вами поговорить.

Надежда Васильевна села на краешек дивана и положила руки на колени. С тревогой взглянула она на мужа. Весь ее облик, словно спрашивал: Ну, что же ты хочешь сказать? Не томи. Говори.

- Я сяду в кресло, если ты не против, - сказал Сашка-младший, направляясь к креслу, одиноко стоявшему возле дивана.

- Конечно не против. Садись, где тебе будет удобнее, - сказал Александр Петрович, улыбнувшись.

Сашка уселся в кресло и забросил ногу на ногу.

- Ну, давай, бать, говори, что ты нам хотел сказать.

- Да что ты отца торопишь, - повернулась к нему Надежда Васильевна. - Надумает, сам скажет.

- Есть у меня две новости, - сказал Александр Петрович.

- И одна хорошая, а другая плохая, конечно же, - рассмеялся Сашка.